— Нет. Этого не может быть. Об этом месте почти никому неизвестно.

— Почти — усмехнулась Хранительница и я понял, что в моих рядах есть предатель — Но речь сейчас не об этом. Для тебя пришло время выполнить свой долг перед Саракешом и возродить адрид.

— Что? Адрид? Это всего лишь миф! Расу адрид давно истребили и это невозможно.

— Да, ты прав Хейден. Но я все-таки Хранительница и кое на что еще гожусь. Я думала вы сможете победить своих матерей, но видно переоценила ваши силы. Жаль — покачала она головой — Адриды были когда-то могущественным народом и только они смогут вновь спасти Саракеш от Мерил и других. Однако ей потребуется твоя помощь и помощь твоих побратимов.

— Побратимов? — удивился я — Не хотите же вы сказать, что она будет моей истинной?!

Это было просто абсурдное предположение с моей стороны, и я уже хотел посмеяться над своими же словами, но внимательный взгляд Хранительницы остановил меня.

— Я очень рада, мой мальчик, что ты сам догадался об этом и мне не пришлось говорить тебе эти грустные слова.

— Нет! Не может быть! Это бред. Все на Саракеше знают, что истинных больше нет. Это какая-то игра, да?

— Я считала тебя более разумным Хейден. И нет, это не игра и не бред. Адрида будет истинной каждому из вашей четверки и глупо отрицать притяжение, которое возникнет между вами, как только адрида явиться в этот мир. А сейчас запомни мои слова, мой мальчик. Через пять дней ты должен быть в последнем древнем храме, который еще остался на Саракеше и да, он находится на землях Мерил, поэтому будь осторожен. Это телепорт, который доставит вас всех ко мне, когда адрида захочет встретиться со мной. Но он сработает лишь раз. И последнее Хейден — Хранительница сделал еще шаг ко мне — Адрида истинная для вас, но не вы для нее, поэтому свой выбор она должна сделать сама. Но я не сомневаюсь, что она примет правильное решение — улыбнулась Хранительница и, погладив меня по щеке, исчезла, оставив меня в полном недоумении.

Хейден

Вспоминая сейчас слова Хранительницы, я знал, что Ида должна сама решить, кем я буду для нее, но у меня просто не было выбора. Если она не справится со своей силой, то погубит всех нас, а моя мать будет плясать от радости, когда узнает об этом. Поэтому я не мог допустить этого.

Я подвел девушка к каменному алтарю, это было единственное место, где можно было это сделать. Правда, не на полу же нам заниматься этим. Но я до сих не верил, что делаю это, хотя давал себе слово, что ни одна женщина не займет место в моём сердце и от чего-то мне казалось, что после Иды всё измениться.

Я быстро сбросил ее рубашку, которая на самом деле была моей и, дав больше себе времени на обдумывание, впился в ее сладкие губы поцелуем. Ида застонала и запустила свои когти снова в мои плечи. Я почувствовал, что кровь потекла по моей груди, но мне было всё равно. Губы девушки были такими мягкими и манящими, что мне было плевать на небольшие раны, которые она мне причиняла. Скоро они всё равно заживут и от них не останется и следа. Хотя именно этого мне бы и хотелось.

Я принялся поглаживать своими ладонями ее спину, не переставая целовать и не размыкая объятий. А Ида продолжала стонать мне в рот и стала опускать свои руки вниз к моему паху, но я с лёгкостью перехватил ее руки и завел их ей за спину. От этого она выгнулась дугой и потерлась об меня. Тут уже я не смог сдержать своего стона и наконец прервал поцелуй. Я опустился перед ней на колени и принялся целовать ее груди, медленно спускаясь к животу, а потом резко поднял ее и посадил голую на алтарь. Осторожно развел ее бедра в стороны и не смог скрыть улыбку от зрелища, которое предстало перед моими глазами. Ее нежная розовая плоть была прямо передо мной, и я припал к ней в голодном поцелуе.

Ида ничего не говорила, я знаю, что в данный момент она просто не могла. Ее вели лишь инстинкты. Она могла лишь стонать и громко кричать от удовольствия, которое я ей доставлял. Но когда она пережила очередную волну оргазма, и я впитал в себя волну ее силы, то увидел, что когти уже втянулись и у нее стал более осмысленный взгляд. Дальше я продолжать не мог, хотя очень хотелось.

— Ида, нам нужно остановиться — прохрипел я, поднимаясь на ноги, но она лишь прижала меня ближе, подарив страстный поцелуй — Ида, пожалуйста! Я знаю, ты слышишь меня. Скажи мне остановиться.

— Н-нет — еле слышно прошептала она — Я хочу… х-хочу э-этого — произнесла она, с трудом выговаривая слова, и обхватила меня своими ногами.

А дальше я уже не помнил, что мы творили. Были слышны лишь наши громкие стоны и крики освобождения.

Аглаида

Пришла я в себя от громких криков, которые эхом отдавались от стен. Вот только я не помню, чтобы у меня дома кто-то так громко разговаривал. А потом я вспомнила, что я не дома, а…