Льюис благоразумно не ответил, а в разговор Норс вмешался. И он, судя по проявленной наглости, с особо уполномоченным помощником главы Департамента магического правопорядка прежде не пересекался.

– Господа, я бы хотел пояснить. Моя милая племянница возжелала амулет удачи, и я привёл её к мастеру. Мы как раз обсуждали форму амулета, и…

Посредник говорил что-то ещё, но я не вслушивалась. Зато возникло чёткое ощущение – шанс на спасение всё-таки был. Алхимические средства уничтожены, а остатки запахов достойным доказательством не являются. Что касается расположенных в кабинете тайников – их представителям Департамента, видимо, не открыть.

А если настоящих улик нет, то задерживать нас не имеют права. Нас обязаны отпустить, и, судя по всему, так бы оно и случилось, если бы не одно «но».

Норс может заливаться соловьём сколько угодно, только Идгард сразу поймёт, насколько эта легенда про племянницу фальшива. И раз так, то продолжать цирк не имеет смысла. Нужно просто собраться с силами, повернуться к ищейке и сказать…

– Идгард, я всё объясню.

Маг узнал моментально, но не дрогнул. Очень медленно, с этаким истинным мужским величием, он расправил плечи и сложил руки на груди. Затем был пристальный взгляд и тихое:

– Та-ак…

Захотелось взвыть и забиться в какой-нибудь угол.

– Вы знакомы? – удивлённо выдохнул посредник. И уже со страданием, на грани слышимости: – О нет…

Пауза. Долгая, нервная, пронзительная. Лица Льюиса и Норса заметно побледнели, я же вновь испытала желание забиться в угол, а лучше исчезнуть вообще.

Только шанса на побег не было, возможности избежать разговора – тоже. Оставалось лишь одно – уповать на удачу и богов.

– Идгард, я всё объясню, – сглотнув, повторила я. Голос прозвучал жалко.

Вот теперь ищейка отмер…

– Конечно, объяснишь, – ровно сказал он.

Затем бросил взгляд на того из подчинённых, кто прежде командовал, и, указав на представителей теневого сообщества, отдал приказ:

– Выведите их отсюда. Сами тоже…

Ид не договорил, но все и так поняли. Льюис и Норс оказались в крепких объятиях сотрудников Департамента магического правопорядка, и спустя пару минут мы с Идгардом остались одни.

Ищейка молчал. Стоял там же, в той же позе и точно ждал объяснений. Но я не могла. Вот не могла, и всё!

– Айрин? – не выдержав, позвал он, и я мотнула головой.

Идгард таким ответом, конечно, не удовлетворился.

– Айрин, просто скажи, что происходит, – спокойно, без тени каких-либо эмоций попросил маг.

Я опять замотала головой, да ещё зажмурилась в придачу. Как итог ищейка отмер. Приблизился и протянул руку, предлагая встать.

В этот миг сердце, которое и так стучало, как шальное, совсем с ума сошло, а воздух в лёгких закончился. Тем не менее я сумела выдавить:

– Идгард…

А вот договорить не смогла.

Магу надоело ждать. Поощрять мою оторопь он тоже не собирался. Пока пыталась сформулировать мысль и справиться с дыханием, наклонился и сам за руку ухватил.

И застыл! Я, увы, тоже замерла, с ужасом сознавая: вот это яркое ощущение точно взаимно. В смысле, его испытываю не я одна, но и Идгард.

Ну а самое неприятное – суть данного ощущения была очевидна. Не требовалось ни учебников, ни справочников, чтобы понять: это – эффект узнавания, который… даёт Древняя кровь.

– Та-ак, – повторил маг.

Я напряглась безумно. Втянула голову в плечи и даже уши, кажется, прижала. Однако самое жуткое ожидало впереди…

Идгард без ошибки определил руку с узором и вздёрнул рукав платья. Спустя ещё секунду расстегнул один из своих кожаных браслетов, и в тишине кабинета прозвучало очередное:

– Та-ак…

Теперь в голосе ищейки слышалось не удивление, а самая настоящая угроза. Эта интонация стала поводом открыть глаза и… очутиться на грани обморока. Просто мой узор ожил и тянулся к узору Идгарда, как к родному. Оранжево-алые линии, украшавшие запястье мага, не отставали, тянулись к моим.

Когда линии переплелись, я нашла в себе силы перевести взгляд на лицо Идгарда и поймать ответный острый взгляд серо-синих глаз. И прошептать единственное, на что хватало сил, смелости и фантазии:

– Я всё объясню.

– Да, – Ид поджал губы, – конечно.

Из лавки мастера Льюиса я не выходила – меня фактически вывели. Одной рукой крепко прижимая за талию, во второй неся саквояж.

Но никакой романтики – просто в результате всех потрясений стоять на ногах было категорически сложно. К тому же Идгард… он, кажется, перестраховывался. Держал не только для того, чтобы помочь, но и для того, чтобы не сбежала.

У входа в лавку ждали четверо сотрудников управления, а также Льюис с Норсом. Парочка нелегалов была уже в наручниках и оптимизмом не пылала.

– Этими займусь позже, – кивнув на арестантов, сообщил подчинённым Идгард. – Пока в камеры предварительного заключения их определите и мастерскую обыщите как следует.

– А этот обыск… – попытался уточнить один из сотрудников.

– Можете хоть стены ломать, – перебил Ид. – Но чтобы улики были!