- Какая же ты еще глупая. Да ничего ты не получишь просто так. Ты должна состоять как минимум три года в браке, чтобы получить это наследство. А теперь, моя прекрасная принцесса, тебе оно не светит.

- Так вот почему ты решил подложить единственную дочь под какого-то урода?! Ты такой же… урод! Ненавижу тебя!

Не успеваю отвернуться и уйти, как получаю резкий удар по лицу костяшками пальцев. От такой силы удара я не удерживаюсь на ногах и падаю. Хватаюсь за щеку и который раз за день пытаюсь прийти в себя. Он меня ударил! Впервые в жизни меня ударили, утренний инцидент не в счет.

- Черт…. Ксюша, я не хотел.

- Не подходи.

Поднимаюсь с пола и бегу наверх. Влетаю в комнату и судорожно начинаю искать переноску для Феньки. Ничего не вижу, слезы застилают глаза. Бросаю все и просто хватаю бедную кошку на руки. Спускаюсь по лестнице, пытаюсь пройти мимо отца.

- Ксюша, постой. Прости меня. Ну куда ты пойдешь?

- Это уже не твое дело. Создавай новую ячейку общества.

Выбегаю из дома, ничуть не жалея. Сажусь на переднее сиденье.

- Поехали, Марин.

- Такое ощущение, что за тобой черти бежали.

- Бежали, да не догнали.

- Я так понимаю, ты встретилась с отцом? - Марина смотрит на меня и застывает. Резко тормозит. – Что с твоим лицом?!

- В смысле?

- У тебя кровь. Посмотри. Да отпусти ты эту кошку.

Фенька сама спрыгивает с моих рук. Смотрю в зеркало и замечаю кровавый след на скуле. Видимо, это след от папиного кольца.

- Это папа меня ударил. Марин, поехали, пожалуйста. Что было, то было. Давай не открывать эту тему.

Марина больше ничего не говорит, молча заводит двигатель, и мы уезжаем.

***

Обустройство новой комнаты и раскладывание вещей не дает скатиться в слезы и уныние, на это просто нет времени. Я не задумывалась о том, что будет через месяц, и куда я денусь. Решила жить здесь и сейчас, причем счастливо. Только решить и совершить-это разные вещи. Воскресенье началось с жуткой головной боли и температуры. А к вечеру прибавился и кашель, плюс саднящая щека. Состояние хуже некуда.

- Ксюш, давай я позвоню моему другу, ну тому, который тебя в чувства приводил?

- Зачем? – только его мне не хватало.

- Ну, он хоть послушает тебя, ты так кашляешь, как будто легкие выплевываешь.

- Не надо. Я просто отлежусь.

- Ну как знаешь.

Как потом выяснилось, Марина все же позвонила своему знакомому врачу. В тот же вечер она потчевала меня всеми возможными лекарствами и морсами. Однако, судя по моему состоянию, лечение оказалось неэффективным. Утро понедельника встретило меня ничуть не лучшим состоянием, напротив, казалось еще немного, и я помру. И хоть моя голова была не способна на глубокие мыслительные процессы, из коридора я отчетливо слышала голоса.

- Спасибо, что снова приехал.

- От тебя одни убытки. С Машей продинамила, еще и девочку твою лечи.

- Ну прости. Я дала ей все, что ты сказал, но мне кажется, ей только хуже. Кашляет как туберкулезница и температура не сбивается.

- Пошли уже.

Боже, только не он. Я точно чокнутая, но не хочу, чтобы он видел меня в таком состоянии и тем более мое побитое лицо. Быстро кутаюсь в одеяло с ног до головы.

- Ксюша, просыпайся, – Марина дергает одеяло на себя. – Нужно послушать твои легкие.

- Не надо мне ничего слушать. Я в порядке. Уйдите, – вновь натягиваю на себя одеяло и захлебываюсь в очередном приступе кашля.

- Ксюша, прекрати. Тебя только послушают.

- Нет! Мужик меня осматривать не будет, вызови врача женщину.

- Ты в своем уме?

- Марина, оставь ее в покое. И вызови ей уже педиатра. До взрослого врача она не доросла.

- Сережа, подожди, – слышу, как Марина выбегает за врачом. Сережа значит… Как-то не уловила я его имя в прошлый раз.

- Девочка у тебя неадекват, вызывай ей участкового. И судя по симптомам, светят ей как минимум антибиотики в задницу.

- Думаешь все так серьезно?

- Не думаю. Вижу. Все, мне некогда. Звони если что.

***