Бархатный голос вампира эхом отражался над озером, сплетаясь с чарующим шёпотом Алэйн. Хотелось закрыть глаза и раствориться в их мелодичном пении. Но едва прозвучали последние аккорды заклинания, из воды неожиданно вынырнули два призрака! Изящная белая рысь с пронзительно зелёными глазами и серебряный змей. Его глаза сверкали чистейшими сапфирами, а взгляд напоминал хитрющий прищур прадедушки. Даже не зная, что во время ритуала должны появиться Тени моих легендарных предков, я бы сразу их узнала.

Призраки скользнули к нам, вплетая свою магию в аркан Алэйн и Валентина, и вода в кубке заискрилась как лунное шампанское.

– Прими нашу магию и клятвы, дитя, – произнесла прабабушка, подавая мне чашу. - Позволь нашим Теням оберегать тебя.

– Адграс эль кьяар, соар маградда! – ритуальная клятва прогремела раскатом грома, и едва я сделала первый глоток, в центре алтаря завертелась воронка и оттуда появился крохотный росток.

Неужели… это и есть легендарное Древо?

– Позволь, помогу, – забрав у меня чашу, Валентин призвал изящный ритуальный кинжал. Взяв меня за руку, повернул кисть ладонью вверх. – Мне нужна всего капля, – получив согласный кивок, он проколол мой палец, а затем опустил лезвие в озеро и начертил на воде какой-то символ.

Несколько секунд ничего не происходило и я, грешным делом, подумала, что мы где-то ошиблись. Как вдруг крохотный росток начал стремительно увеличиваться в размерах, превращаясь в огромную рябину с хрустальным стволом и мерцающими серебряными листьями.

– Туманное Древо приветствует нового регента, – торжественно провозгласил Валентин.

ГЛАВА 28: Леди тысячи обличий

Кожа покрылась мурашками и, поддавшись эмоциям, легонько ущипнула себя за руку. Хотела убедиться, что мне всё это не снится и мы действительно пробудили источник и спасли вампиров!

– Если бы существовали соревнования по недоверчивости и дурным предчувствиям, ты бы заняла первое место и взяла приз зрительских тревог, кровинушка моя, – прыснул Валентин, заметив мои манёвры. – Выдыхай, самое сложное позади! Осталось проследить, чтобы источник заработал в полную силу, но с этим я и сам управлюсь.

– А мы в это время посекретничаем, – подмигнула мне Алэйн и, поцеловав опешившего супруга, подхватила меня под руку, утягивая в сторону берега.

На миг растерялась, но услышав тихий смех Валентина, невольно улыбнулась в ответ. Они с прабабушкой и впрямь были идеальной парой. Оба стихийные, порывистые и непредсказуемые. Даже не пыталась угадать, о чём хочет поговорить Алэйн, я просто наслаждалась моментом.

После трагедии, унёсшей жизни родителей, я впервые чувствовала себя частью большой семьи, и так боялась спугнуть это счастье.

– Ой, не волнуйся, луна моя! Это счастье не из пугливых, и никогда не покинет тебя. Даже, если сама попросишь оставить тебя в покое или решишь спрятаться от нашей любви в дупле Туманного древа, – мелодичный смех Алэйн застал меня врасплох, и от смущения покраснели даже кончики ушей.

Я как-то не подумала, что прабабушка тоже окажется телепатом…

– Хочешь и тебя научу читать мысли, – вкрадчиво мурлыкнула Алэйн. – Это сложно, но…

– Хочу! – воскликнула, схватив её за руку. – И готова к любым трудностям! Только… – запнулась, невольно залюбовавшись её чарующей красотой, – ответь на один вопрос. Как вышло, что ты такая… такая…

– Какая? – бабуля кокетливо взмахнула длинными и густыми ресницами.

У меня кончики пальцев зачесались от желания прикоснуться к ним и скопировать, чтобы позже примерить похожий образ и во всей красе появиться перед Рамоном.

– Ты… невероятная! – восхищённо выдохнула. – И совершенно не похожа на мышь!

– А должна? – в синих глазах вспыхнули озорные искры.

– Ну… – вновь смутилась. – Нас, альезз, так называют из-за тусклой, серой внешности…

– Глупости какие! – фыркнула прабабушка. – Во-первых, луна моя, наша внешность не тусклая. Она подобна чистому холсту, на котором можно написать как невнятную мазню, так и истинный шедевр.

– Все наши шедевры – лишь иллюзия, – с горечью покачала головой. – Мы воруем чужие обличья…

– Не воруем, а одалживаем, – поправила меня Алэйн, – как актеры надевают маски перед выступлением, так и мы примеряем чужие обличья. Но это не значит, что мы лишены собственной красоты. К слову, мышь тоже может быть очаровательной, – добавила прабабушка, легонько щёлкнув меня по носу. – И не в идеальном личике счастье, луна моя.

В её словах была доля правды, но рассуждать о том, что счастье не в красоте и богатстве намного проще, когда у тебя есть идеальная внешность и круглая сумма в банке.

– Амира… – Алэйн умолкла, окинув меня задумчивым взглядом. – Каким экипажем переехало твою самооценку? Ты красавица! Необычная, нежная, при этом сильная духом. И твой дракон видит это…

– Благодаря татуировкам пары, – перебила её.