— Третий я могу повести! — вставил я. Петров покосился неодобрительно — видимо, задолбал я его изрядно со своими советами и прочим, но все-таки кивнул.

— Что с мотоциклами делать будем? Жечь? — продолжил здоровяк.

— Не надо жечь! Столб дыма будет до небес! — быстро и тихо сказал я Петрову. — Мы и так здесь нашумели, того и гляди военные электрики нагрянут. Мотоциклы гусеницами раздавим!

— Мать твою, Игорь, не умничай! — с досадой сказал старшина. — Неужели ты думаешь, что мы дураки и сами не сообразим, что делать!

— Так, а мне-то что делать? — влез старик.

— Немца перевяжи и дорогу к хутору вспоминай! — я сунул Игнату индпакет.

— А лошадки, телега?

— Потом заберем! Ничего с ними за пару часов не случится! — отрезал старшина и громко скомандовал: — По машинам! Валуев, головным!

— Есть! — весело оскалился громила, бросаясь к бэтээру. Под его весом машина даже накренилась на один бок.

— Как его фамилия? — Мне показалось, что я ослышался.

— Валуев! — пожал плечами старшина.

— А его, случайно, не Колей зовут? Вот будет хохма!

— Петром. Старший сержант Петр Валуев, — удивленно сказал старшина и тут же рявкнул: — Команда была: по машинам! Не слышу!..

— Есть, товарищ командир! — громко ответил я, четко развернулся через левое плечо и поспешил к бронетранспортеру, с борта которого улыбались довольные мальчишки во главе с Барским. Как же — в настоящем бою побывали, герои! — Миша, седлай мотоцикл, пока их не раздавили, и показывай дорогу к укрытию. Поедем наших забирать!

Глава 12

Управлять чертовым немецким бэтээром оказалось делом трудным, связанным с риском для жизни. Уж и не знаю, чем руководствовались конструкторы, проектируя место водителя. При первом знакомстве мне показалось, что сидеть на нем предстояло не человеку — руль оказался практически прижат к груди, при этом нос упирался в верхний лобовой лист. Обзорность — ниже среднего. С большим трудом удалось отыскать тумблер запуска двигателя. А управление? Это просто сказка! Нормально ехать на этом гробу можно только по прямой. В первом же повороте я вылетел с дороги, просто не вписавшись в радиус, из-за того что не сумел повернуть руль — не хватило сил. К счастью, глубоких кюветов здесь не было. Изрядно проредив густые кусты и попутно снеся несколько молодых деревьев, я все же сумел вырулить обратно.

Через пару сотен метров решаю, что приноровился к управлению. Большая ошибка! На следующем повороте снова вылетаю с «трассы». Опять повезло — цепанув бортом немаленькую березку, возвращаюсь на дорогу. Все действия сопровождаю отборным матом и, только услышав за спиной сдавленное хихиканье, вспоминаю — ругаться нельзя, сзади сидят братья Караваевы. Какой пример я подаю подрастающему поколению?

Слава богу, ехать пришлось недолго. Пятьсот метров по неровной грунтовке, еще один поворот (вписался, ура!), небольшой, около сотни, прямой участок и… бэтээр почти упирается скошенным носом в коляску мотоцикла Барского. Блин горелый, ну тут и тормоза! Пришлось жать педаль, навалившись всем телом и все равно — чуть не задавил напарника. И, кстати, я ведь замыкающим ехал — где остальные, как я умудрился всех обогнать?

— Дальше не проехать! — объяснил Барский. — Сплошные завалы. Мы и пешком-то еле прошли. Да и ребят переполошим, если не предупредить. Еще пальнет кто-нибудь с перепугу! Пойду всех подниму, а вы пока разворачивайтесь задом вон к тем дубкам!

Отогнав мотоцикл на край полянки, Миша нырнул в кусты. А я начал неравную борьбу с коробкой передач, сцеплением и рулем, пытаясь развернуть бронетранспортер на небольшом пятачке. Я попеременно врубал переднюю и заднюю передачи, изрыл гусеницами весь дерн, но проклятая машина никак не желала ехать туда, куда я хотел. С огромным трудом, мысленно прокляв инженеров, придумавших этот чертов гроб, мне все-таки удалось сдать задом к указанным деревьям.

Пока я мудохался, подъехали остальные. Наверное, они просто проскочили поворот — реально видимость с водительского места никакая.

— Это ты сейчас чего делал? — с интересом спросил высунувшийся по пояс из бэтээра сержант Альбиков.

— Разворачивался, — угрюмо ответил я, утирая обильно струившийся со лба трудовой пот. — Вам тоже надо, а то потом не разъедемся. Да и грузить раненых будет удобнее. Ставь свою колымагу рядом с моей!

— Ага! — покладисто кивнул сержант.

Нырнул в свой бронетранспортер, мотор взревел и… машина плавно, в три приема, заехала на указанное место. Вот и верь после этого в тупость узбеков!

Третий панцерваген повторил его маневр, хоть и не столь изящно, но гораздо быстрее, чем я.

К тому времени, как мы припарковались, Барский уже успел сгонять до убежища и вернуться.

— Следуйте за мной! — сказал Миша, снова ныряя в кусты.