И все равно я всегда могла их различить, по одному выражению лица. Руслан мягче, доброжелательнее, его взгляд прямой и открытый. Это его брат привык смотреть на мир исподлобья, как будто ему все должны. И как будто он прямо сейчас решает, кто безнадежен, а у кого есть шанс.

Братья Айдаровы давно поделили роли в компании. Права у них равные, но когда речь идет о переговорах, то Руслан хорош на второй стадии. Обсудить детали и условия сделки более предметно, как они любят выражаться. Рустам же как правило выступал в роли тяжелой артиллерии, он давит и дожимает партнеров на старте, пока они не успевают опомниться.

Что говорить, я сама прекрасно это видела на переговорах с Каменецким. Глеб Дмитриевич хоть и готов был прогибаться, но он тоже хитрая лиса, умеет торговаться. А Айдаров его как катком укатал.

Садимся на свои места, и нам, вновь прибывшим, выдают краткий распорядок нашего здесь пребывания. Это больше касается технарей, которым нужно будет изучить техническую документацию и посмотреть на оборудование в действии. Моя роль загадка для меня самой.

Секретарь у Айдаровых остался тот же — Мансур. Это их дальний родственник, приехал в столицу учиться, родители попросили Рустама как старшего присмотреть за парнем. Айдаровы одним выстрелом убили двух зайцев — и родственник под присмотром, и родня не в обиде, и секретарь есть молодой и исполнительный.

Мансур, кстати, поступил в университет, уже бы должен закончить. Наверное, дипломируется, а может Айдаровы оставят его в компании. Они и специальность подбирали такую, чтобы на нее спрос был. Рустам со мной еще советовался…

Отгоняю ненужные воспоминания. Работает и работает, значит старается, иначе ни Рустам, ни Руслан его бы не держали. И никакие тетушкины слезы бы не помогли.

Мне теперь самой интересно, какими глазами я смотрю на Рустама. Как подчиненная, оценивающая босса. Когда мы жили вместе, мне и в голову такое не приходило, моя голова была забита исключительно домашними заботами. И тем, как ему понравиться…

А вот это уже лишнее. Я и сейчас вижу, что Айдаров привлекательный мужчина, но для меня эта информация ненужная и бесполезная.

Сама себя мысленно одергиваю и заставляю вникнуть в предмет обсуждения. Но мозг вникать отказывается, потому что обсуждаются сейчас в основном технические вопросы. Все оставшееся время раздумываю, чем заняться в качестве личного помощника Айдарова.

Кофе им готовит и носит Мансур, да мы и оговаривали изначально, что кофе в мои обязанности не входит. Может я должна была делать какие-то заметки по текущей планерке? Но Рустам ничего не говорил, да я все равно ничего не смыслю во всех этих технических терминах.

— Здравствуй, Соня, — слышу знакомый хрипловатый голос, вот только тембр у него совсем другой. Узнаваемый…

— Здравствуй, Руслан, — немного напрягаюсь. Я что, прохлопала как закончилась планерка?

— Прости, показалось, я тебя испугал. Можно? — Рус не дожидается разрешения и садится рядом.

— Испугал? Да нет, — пожимаю плечами. — Просто голоса из прошлого теперь звучат для меня по особому.

Рус внимательно меня рассматривает, а я спокойно смотрю ему в глаза. Мне точно не за что прятать взгляд. И это правда, потому что первым не выдерживает он.

— Ты не представляешь, Соня, — он потирает переносицу, — не представляешь, как я обрадовался, когда тебя увидел. Пока не дошло, что мы в офисе, и ты здесь с делегацией. А я первым делом подумал, что…

— Я с делегацией, — перебиваю поспешно. Мне не хочется слышать то, что он собирался сказать. — И на выходные уже лечу обратно.

— Я в любом случае рад тебя видеть, — очень серьезно говорит Рус, — и Ди будет рада. Приходи к нам в гости, Соня.

— Спасибо, — отвечаю твердо, — но думаю, это лишнее. Правда, Рус, я тоже рада видеть и тебя, и Ди тоже. Я знаю, что у вас есть Дамир, кстати, прими мои поздравления. У меня тоже есть дочь, ее зовут Майя, и у меня теперь совсем другая жизнь. Так что прости, но нет.

Его глаза вспыхивают в точности как у Рустама, но Руслан всегда отличался железной выдержкой.

— Я тебя понимаю, Соня. И хочу, чтобы ты знала, мне очень жаль, что тогда все так случилось. Поверь, если бы от меня зависело хоть что-то…

— Верю, — останавливаю мужчину встречным движением руки, — и спасибо тебе, Рус. Но вышло как вышло, ничего не изменишь.

— Плохо, — качает он головой, — это очень плохо, Соня.

— Кому? — вырывается у меня горькое. Я растеряно моргаю, но Руслан отвечает все так же серьезно:

— Всем, Сонь. Нам всем без тебя плохо. Потому что плохо ему.

От разговора с Русланом остается осадок. Я хожу, разговариваю, задаю вопросы, но осадок никуда не девается. Он покрывает душу толстым слоем, ни стряхнуть, ни смыть.

Зачем он так сказал? Теперь стоит посмотреть на Рустама, сразу вспоминаются эти слова.

«Потому что плохо ему…»