В приемной ловлю осуждающий взгляд Жанны и повинно опускаю голову. Да, опоздала. Но генеральный тоже опоздал, только я все равно сильнее, потому что Ренат по приезду на работу сразу отправился к себе, а меня он отпустил искать магазин, чтобы купить себе новую симку на личный телефон. Чувствую себя нерадивой, но крайне удовлетворенной работодателем помощницей.

Всего через полчаса сопровождаю генерального на собранное им совещание.

— Сегодня совещание будет непростое, — просвещает генеральный, пока едем в лифте. — подниму вопрос о увольнении нескольких крупных начальников с ключевых должностей, перестановках и назначениях. Со мной будут спорить. Заходим красиво. Держи себя строго, никому кроме меня не улыбайся, не обнадеживай.

Хмыкнула.

— Вы только пришли на это место. Точно определились, кого убрать и кем заменить? Тем более если это опытные сотрудники. Нет опасений, что будут мстить?

— Анечка, я ведь сюда не с улицы пришел, за деятельностью компании так или иначе следил. Тут есть много моментов, которые мне не нравится. В частности клубок крепко держащихся друг за друга “друзей” на важных должностях, я бы мог закрыть на это глаза, если бы они не использовали свое положение и связи для того чтобы доить компанию. У нескольких человек есть свои собственные компании, куда мельче этой, но с тем же профилем. Я в курсе, как это используется, как наших заказчиков уводят в эти мелкие фирмы, под видом работы с нами в качестве официальных партнеров. Воруют идеи, вплоть до рекламных концептов маркетингово отдела.

— Да? Я не знала.

— И я рад, что ты не работала в центре и была в стороне от всех персон, что не нравятся. Ну а освобожденные места долго пустовать не будут. У меня есть кандидаты, и это полностью мои люди. Кстати, я думал все-таки пока не торопиться и не проводить увольнения громко и массово. Но передумал. Знаешь почему?

Отрицательно покачала головой.

— Нет.

Ренат лукаво прищурился.

— Ты меня вдохновила. Придала хороший боевой настрой. Хочу теперь быстрее покончить с этой мышиной возней и…

Шеф мечтательно поднимает глаза к потолку.

— И перейти в формат работы из дома? — предположила я, скептически приподняв бровь.

— Вот видишь, Анечка, работаем вместе всего ничего, а ты уже так хорошо меня чувствуешь. Знал, что сработаемся. Но вообще я больше настроился на командировку и горы.

Выходим из лифта.

— То есть вы правду говорили насчет командировки?

— Я не шучу такими вещами.

— Эта командировка предполагает… кхм, связь?

Ренат даже остановился и посмотрел на меня удивленно.

— Какую связь?

— Ну… — мучительно краснею и дальше говорю, существенно понизив голос. — Интимную. Между мной и вами.

— Вполне возможно, — как само собой разумеющееся, отвечает начальник. — А что, ты против?

— Просто я думала, что эта ночь была единичным эпизодом. Почему-то сложилось впечатление, что вы за разнообразие в связях и с вашими данными повторятся вам ни к чему. На том же лыжном курорте наверняка найдется много желающих вам… в чем-нибудь помочь. Зачем ехать со своей помощницей?

Я сейчас провалюсь на месте от этого разговора, но мне надо понять, какие вообще у генерального на меня планы. Мне реально казалось, что расплачусь с моральным долгом одной ночью, шеф поставит галочку в списке своих побед, и этот эпизод будет забыт, все же у нас разное социальное и материальное положение, для постоянной интимной связи Ренату стоило бы выбрать кого-то более статусного, с прицелом на возможные будущие серьезные отношения.

— Аня, а ты сама чего бы хотела?

Я вообще-то спрашиваю, как у Рената на меня планы, а он стрелки переводит. Ответить не успела, рядом с нами открылся второй лифт с несколькими начальниками, тоже направляющимися на совещание.

— Продолжим этот разговор позже, — пообещал генеральный прежде, чем нас окружили.

С Ренатом все очень тепло здороваются, лебезят, но генеральный сразу стал выглядеть очень сурово и холодно. Вспомнив, о указании шефа, тоже постаралась сделать отстраненное лицо. Увольнение любых сотрудников, как мне кажется, процесс всегда непростой.

Заходим в большой зал совещаний. Людей очень много собралось. У меня по коже бегут мурашки. Мне самой становится страшно от того, что здесь сейчас начнется. А Ренат кажется абсолютно спокойным. Он как скала, на которую скоро должен обрушиться шторм возмущений и гнева.

Свою речь генеральный начал без долгих красивых вступлений, только обозначил, что в результате проверки, выявлены серьезные нарушения, если не сказать преступления некоторых руководителей, поэтому те, чьи имена он сейчас назовет, будут уволены. Пока у него хорошее настроение — увольнение можно оформить по собственному желанию, со всеми соответствующими выплатами, если нет, то уже по другим, по неприятным статьям и с выплатой неустоек уже самими руководителями. Выбрать нужно сегодня, как они хотят увольняться — тихо и красиво или с боем и скандалом, но итог будет все равно один.