— Пошли! Не видишь, что ли, сам появился! — Зайка тоже потянула мужа за собой, делая страшные глаза…

И в этот самый миг я сорвалась с места и пулей помчалась искать туалет. Парочка сзади обидно засмеялась. Новая Максова жена, торжествуя, даже крикнула в след что-то в духе «вот оно и вскрылось все, никто ее сюда не приглашал», но мне было не до них — сейчас более всего на свете меня интересовал унитаз.

Вывернув все только что съеденное, после я еще какое-то время стояла, приходя в себя и прикидывая открывшиеся перспективы. Уже начавшие забываться, но хорошо мне знакомые. Это что ж получается? Опять беременность и опять впереди «радости» чертова токсикоза?

«Ничего не поделаешь, такой, видно, организм у вас, Елена Георгиевна, — разводила руками гинеколог, а после успокаивала: — Пройдет и не заметите как, зато потом какое счастье».

Счастье, блин! Когда ж словила-то его? Варианты были. Стас оказался человеком не только злопамятным, артистичным и хутромудрым, но и, как любая творческая натура, ярко эмоциональным. И эмоции эти часто выливались во внезапные приступы «эротического безумия», как я это называла. Так вот в эти моменты (оказавшиеся еще и опасно-заразными, потому что их тут же подхватывала и я!) он мог возжелать секса «вотпрямщас» и в самых удивительных местах. Ну и, понятно, презерватив оказывался в кармане, мягко говоря, не всегда… Вот ведь!

Адски хотелось умыться, но милая девочка-визажист так старалась, рисуя мне «естественную красоту» на лице. Пришлось просто промокнуть салфетками лоб и нос, напиться прямо из-под крана, припудриться, подновить помаду, а после, еще немного подышав для успокоения, отправиться искать Стаса.

Он предсказуемо обнаружился в окружении начавших прибывать гостей. Рядом с ним топтался явно уже начавший изнывать от скуки в своем парадном костюме Данька. Важная Машка вся в образе принцессы из сказки пока что вела себя спокойнее, но, зная ее характер (весь в родителей!), можно было смело прогнозировать: это ненадолго.

Стас стоял ко мне спиной и что-то рассказывал, а вот напротив него замерли, внимая, Максим и его, кажется, полуобморочная от осознания значимости момента Зайка. Что он им, интересно, втирает? Скрываясь за спинами других гостей, я подобралась ближе и навострила уши: оказалось, рассказывает Стас моему бывшему мужу про меня. Впрочем, имен не называя — иначе-то реакция Максима была бы совсем другой.

— Никак не мог ее уговорить, — жаловался тем временем Стас. — Чего только ни делал, а все не получалось…

— Но как это возможно⁈ — явно не веря услышанному, почти выкрикнула Зайка. — Такой, как вы, Станислав Дмитриевич…

— Оказался мужчиной не ее мечты. Увы. Бывает и такое. Так что пришлось попотеть, соблазняя.

— Соблазнили?

— Соблазнил. Но после оказалось еще сложнее. Не хотела она замуж и все тут. Секс — как в сказке. Дети… Ну вы сами видите — чудесные. Отцом меня записала, а вот чтобы официально скрепить отношения… Только авария и помогла.

Я сглотнула, испытав мгновенное желание вновь умчаться туда, откуда только что пришла. Вернувшееся воспоминание о том кошмаре было не из приятных. Решение поучаствовать в любительской гонке по пересеченной местности (я водитель, Стас штурман), скорость, вывернувшийся из рук руль, короткий полет, удар. Секундная темнота, ужас от мысли, что дети останутся одни, и такой же сильный страх за жизнь Стаса. Кровь на его лице, на голове, на шее, на груди… Скорая, медицинский вертолет, двери операционной и хриплая просьба: «Пообещай, что станешь женой».

— … вот и поймал ее наконец-то, уговорил принять кольцо и мою фамилию, — тем временем продолжил Стас.

— Но почему⁈

— Почему так сложно все оказалось? Первый муж у нее редким мудаком был. Изменил, во время развода судился за каждую копейку… Да и потом проходу не давал. Уж другую семью завел, а все таскался: воссоединения желал и нервы трепал.

— Вот ведь мерзавец!

— А я считаю, молодец: дал мне шанс завоевать женщину, о которой я давно мечтал.

— Но где же она? Когда же мы с ней наконец-то познакомимся?

— Так вы знакомы, — Стас, который, как и всегда, почувствовал мое присутствие рядом каким-то даже не шестым, с один черт знает каким чувством, вдруг обернулся и протянул мне руку.

— Но…

— Мама! — заверещали наперебой Данька и Машка, кинулись, уткнулись в ноги, обхватили.

Наш первенец Данька — подарок морских богов, которые почтили нас своим вниманием во время кругосветки, когда мы шли под парусом через Атлантику — получился в меня. А вот Машка родилась уменьшенной копией Стаса. Да и любил он ее как-то особо, не так как сына, к которому уже сейчас предъявлял довольно жесткие мужские требования и цыкал на меня, когда я лезла со своим извечным женским желанием защитить и оберечь.

— Мам, ты где была? Мы смотрели-смотрели, а тебя нет, — Данька.