— И кроме того, с младенцами до года магическими практиками лучше не заниматься. Это ломает судьбу, вот как Ёле и тебе сломало! Кто-то над вами обряды провёл в младенчестве, теперь расхлёбываете, бедняжки.

В этот момент прибежала Ёля, и надо сказать, что её глаза горят от любопытства. Нездоровый интерес к магии у ребёнка. Но кроме этого решения, иного я не вижу. Я бы Зохора из нашего дома не выпускала, потому что теперь боюсь остаться одна с девочками.

А он начал приготовления.

Воду налил из чайника, пошептал, мёда из плошки немного добавил и размешал деревянной ложечкой, со второго флакона капнул густое зелье.

Взмахнул рукой, словно что-то вспомнил! И выбежал во двор. А мы за ним. Жутко интересно, как он химичит колдовство своё.

Зохор продолжает нашёптывать, сорвал цветок с куста и добавил в кружку.

— А теперь самое неприятное! Кто первый!

Внезапно Ёля протянула ему руку! Я даже не поняла, она что, знает этот обряд? Понимает, что происходит?

У меня даже слов нет, чтобы хоть как-то прокомментировать происходящее. А для них это вполне естественный процесс.

Зохор зажёг свечу, подержал над пламенем нож, что-то прошептал и едва коснулся детской руки в самом безопасном месте. Ранка всего-то миллиметра три, но сразу проступила капля крови, похожая на бусинку. Кончиком ножа колдун подцепил её и отправил в кружку, потом с моей рукой произошло то же самое. Даже не ойкнула, хотя страшно. Магия вообще пугает.

И, наконец, сам себе слегка порезал руку, как и нам, отправил свою каплю в кружку и прошептал.

— По одному глотку! Ёля первая, Эйлин вторая, и я допью.

Мы послушно исполнили приказ, глотнули сладковатое зелье и замерли, ожидая чуда. Но его не произошло, всё осталось как прежде!

— Некоторое время останусь с вами, пока боюсь выйти от вас за границу владений, надо, чтобы зелье подействовало.

— Так может, у нас заночуете? Во второй комнате лавки широкие, сена настелить, и покрывало. Подушка есть.

— Я храплю! — рассмеялся колдун, но посмотрел на меня иначе, что-то изменилось.

— Мой дед храпел, меня такое не пугает!

— Бабка, с какой я ночевала в доме графа, тоже храпела…

Мы потеряли дар речи, потому что впервые услышали голосок Ёли!

Она заговорила!

— Сработала! Магия сработала! — шепчу и обнимаю свою девочку, она, кажется, сама ещё не поняла, что произошло. Стоит и смотрит на нас ошалело.

Снова открывает рот и произносит:

— Эйлин!

— Боже! Девочка моя! Надо же! Спасибо тебе Зохор, ой спасибо! Надо же! Так мы теперь семья?

— Уф! Кажется, и правда сработало. Не ожидал я такой быстрый эффект. Значит, и мои подозрения на счёт Ёли подтвердились.

— Какие, — продолжаю обнимать девочку, но на сердце неспокойно.

— Кто-то её отрезал от своего рода, такое делают очень знатные люди с бастардами, чтобы не было претензий на наследство, — прошептал колдун, а я теперь очень внимательно смотрю на старшую дочь, с этого момента она моя дочь, но кого она напоминает, кажется, я догадываюсь…

Глава 26

Пасека…

Мы решили не рисковать с этими кровными узами. Ладно бы просто обряд для жизни или наследство, но кровное родство должно сработать и при пересечении защитной границы.

Уж не стала пугать Ёлю и Зохора страшилками из наших фильмов, типа «Однажды в сказке» и не думала, что сама попаду в такую западню.

Постелили новому члену нашей семьи на «втором» этаже под крышей, оказалось, что там чудесное место для ночлега есть. Шум с крыши однажды разбудил меня, но цикады в лесу гораздо громче шумят. Так что никого колдун особо и не напугал своим храпом.

— Вот и ничего же не случилось! Тут спать одно удовольствие, а вы в первый вечер меня напугали. Не страшно же? — улыбаюсь Зохору и собираю завтрак на стол. Он уже умылся, оделся и собрался бежать, но от завтрака решил не показываться.

— Не хотел тебя пугать, прости, но тут нечисть бушевала, бедный пасечник несколько раз прибегал ко мне прятаться.

— В смысле нечисть?

— Да невидимый кто-то, сила какая-то то посуду скидывала с полок, то ножом пугала Джейла, он медовое дело знал, но земля его не принимала. Закон земли, слышала?

— Да, что-то граф говорил, да все говорят.

— Ну вот эти духи иногда очень злятся на пришлых людей, пугают, порой и убивают. У нас тут не принято про это вспоминать. Прошлый король решил отречься от магии, чтобы убрать эту путаницу с собственностью, — колдун уже взял ложку и поспешно ест вчерашнюю кашу, запивая горячим чаем. Ёля за ним, а мне пока не хочется, сыр с лепёшкой и чаем, но и они уже забыты, очень уж интересный разговор внезапно получается у нас.