— Я боюсь, что Амалия может перестать вестись на твою байку о том, что ты глупенький мальчик, который просто решил приударить за мной. Полчаса назад меня прогнала стая воронов из часовой башни, а ведь сейчас не время для гнездования. Это ей не нравится, что я зачем-то проникла туда.

— Она не следит за тобой — это я тебе точно говорю.

Ложь.

Но Адам невозмутимо берёт меня за руку и ведёт к столу, ожидающему нас. Он по-джентльменски помогает мне сесть, а после и сам садится напротив.

— А за тобой? — спрашиваю.

— Немного. Но я осторожен.

— Ей есть что скрывать.

— Осторожнее, Валери, — предупреждающе щурит глаза. — Ты не зря волнуешься о её внимании, ведь если она начнёт воспринимать тебя или меня всерьёз, то у нас обоих будут проблемы.

— Поэтому ты придумал план с башней? — фыркаю, накалывая вилкой ломтик сыра и виноградинку.

— Я не знал, что башня под присмотром. Она никогда не была охраняемым и важным объектом. Туда даже охрана не ходит. Если бы я знал, что тебе грозит опасность, то ни за что бы не отпустил тебя туда, а лучше сам бы сходил.

— И что теперь делать с Ритой?

В мягком свете свечей с интересом наблюдаю за тем, как Адам ест пасту с креветками, которую заказал для нас в кафе при Академии. Он видит, что я наблюдаю, и насмешливо подмигивает мне.

Похоже, будто он наслаждается ею, как настоящий человек. А вернее: помнит, каково это, не смотря на то, что яркости вкуса уже нет.

— Прошло достаточно времени, — отвечает с ещё не исчезнувшей улыбкой. — Думаю, скоро она станет нормальной, так что уж потерплю как-нибудь её выходки.

— Надеюсь, ты прав. Скоро её отсутствие станет слишком подозрительным.

— Как и я для тебя?

— Ты всегда так наблюдателен?

— Я наблюдаю только за теми, кто скрывает что-то интересное. Не только Амалия имеет секреты... — Его взгляд скользнул по моей шее, но так мимолётно, что это можно списать на игру света. — Например, ты явно не слушаешься меня и ведёшь какое-то своё расследование, хотя я просил не делать этого. Не слишком-то общительна и дружелюбна, всегда спешишь отдалиться от толпы, держишь дистанцию со мной, куда-то исчезаешь...

— А может, я просто люблю одиночество?

— Нет, — он покачал головой, — ты любишь, когда за тобой следят. Но не слишком пристально. — Он поднял свой бокал, словно посылая мне некое скрытое сообщение. — Как сейчас.

Адам делает большой глоток, а я не могу оторвать глаз от дёрнувшегося кадыка и сильной шеи, от линий ключиц... Так и замерла, забыв о том, что должна пережёвывать пасту.

А она словно превратилась в сухой ком, так что тоже делаю глоток вина...

— Тебе нравится, как я смотрю на тебя. Я видел, как сегодня ты обрадовалась моему новому приглашению. Скажешь, что мне привиделось?

— Не скажу. Мы уже условились о том, что между нами секс. Не стану отрицать того, что мне нравится спать с тобой.

Моё сердце пропустило удар.

Он играет, вновь соблазняет меня, а я в этот раз даже не намерена бороться с влечением. Устала сопротивляться, истязать себя невозможностью прислониться к удивительно тёплой груди Адама, насладиться его сильными руками и его желанием слиться со мной.

Особенно сейчас, когда лёгкий алкоголь разлился по телу, расслабляя и согревая. Когда между нами открытое обещание совместной ночи.

Дикий встал, протягивая мне руку.

— Потанцуем? Если, конечно, не боишься, что танец нас сблизит и нарушит ту самую дистанцию, которую ты так лелеешь.

Я поколебалась секунду. Всего секунду. И всё же тянусь рукой, вкладываю свои пальцы в его ладонь. Слишком тёплую для того, кто не нуждается в солнечном свете и человеческой пище.

Мы двинулись в такт молчаливой музыке, существующей только в наших головах.

Его рука легла на мою талию, и мне снова становится не по себе от нашей близости.

— Ты напряжена, — шепчет Адам, наклоняясь к моему уху. — Расслабься. Я не кусаюсь... без разрешения.

Я вздрогнула, но не отстранилась. Шутка? Намёк? Или... Нет, защитный порошок не имеет запаха, поэтому вампиры не могут определять есть ли в крови человека защита или нет. Дикий не может знать, что я «чиста».

— А если я передумаю и скажу «нет»? — выдыхаю, глядя ему в глаза.

— Тогда мы просто допьём вино, и я уйду к себе. — Его пальцы слегка сжались на моей талии. — Но ты не скажешь, потому что я прошу тебя: не говори мне «нет». Не хочу засыпать без тебя.

Это снова происходит с нами: он осыпает моё лицо короткими поцелуями, я скольжу губами по его коже в ответ. Изучаю каждую чёрточку, каждый изгиб, мягко подсвеченный лунным светом из окна и огоньками свечей на столе.

Волна тепла разливается по телу, и мне становится так жарко, что сама принимаюсь сбрасывать с себя одежду. Беззащитная, но жаждущая.

Я хочу Адама. Сейчас же.