По традиции ищу у себя беременный животик. И снова не понимаю, есть он у меня или живот просто увеличился из-за вздутия? Кажется мне, или действительно уже заметно?

Ангурр улыбается и укладывает ладони мне на животик:

— Снова переживаешь?

— Да, — вздыхаю я.

— А ты попробуй примерить джинсы или брюки, которые раньше были тебе впритык.

— Ладно.

Натягиваю шорты, которые были мне ровно по фигуре. Попу они облегают всё так же, а вот на месте живота не сходятся. Даже попытка втянуть живот не помогает.

Хмурюсь:

— Я потолстела?!

Ангурр улыбается:

— Если бы ты потолстела, то увеличился бы не только живот, но и бёдра. Ты бы просто не смогла натянуть шорты. Так что виной всему именно беременность.

— Правда? Правда! Ты такой умный!

— Если у тебя есть майка, которая не растягивается и раньше плотно сидела по фигуре, можешь попробовать её надеть.

Заинтригованная, отправляюсь к шкафу и достаю чёрное платье строгого покроя. Оно когда-то было мне впритык и очень хорошо подчёркивало узкую талию и грудь. Теперь же мне удаётся его натянуть, а вот застегнуть — уже нет. И дело даже не в животике, хотя и в нём тоже. Грудь для этого платья стала слишком велика.

Удивлённо округляю глаза:

— У меня увеличилась грудь?

— Ты же ждёшь ребёнка. Я всё думал, когда же ты заметишь — теперь грудь на размер больше.

— Ого! Ничего себе!.. Но ведь у меня могут появиться растяжки! Нельзя же так быстро увеличиваться в размере!

— Если будешь хорошо увлажнять кожу, растяжек не будет.

Дверь в спальню открывается, и входит Рарртум. Улыбается:

— О! Ты наконец-то заметила, что твоя грудь увеличилась! А я как раз закончил изготавливать специальный увлажняющий крем, — он демонстрирует стеклянную баночку, — будем тебя перед сном натирать. Но если хочешь, можем начать прямо сейчас.

Его предложение выглядит соблазнительно, но всё-таки качаю головой:

— Кушать хочу.

— Ладно. Значит, натрём тебя кремом после завтрака.

— Нет. Лучше мы после завтрака погуляем, потом займёмся сексом, а потом вы натрёте меня кремом, — делюсь планами я.

— Хорошо. Значит, договорились.

Переодеваюсь в свободный сарафан и прижимаю ладонь к животу. Совсем неудивительно, что я не понимаю, изменилось ли моё тело — смотрю каждый день в зеркало, а за день в отражении мало что меняется. Лучше всё-таки раз в неделю смотреть. Тогда точно увижу… О! А если фотографировать?

— Слушайте, а вы можете достать фотоаппарат?

— Без проблем, — улыбается Рарртум. — Что ты хочешь запечатлеть?

— Если я буду становиться в одном и том же месте и делать снимки с одного и того же ракурса, смогу сравнивать фотографии между собой. И тогда уж точно выросшая грудь или увеличившийся животик не окажется для меня неожиданностью.

— В таком случае нужно подписывать снимки, чтобы не путаться.

— А ты можешь достать такую камеру, которая сразу печатает снимки?

— Без проблем. Мы будем развешивать их на стене в гостиной, чтобы все могли ими любоваться. А потом соберём их в альбом, чтобы пересматривать. Как тебе такая идея?

— Мне нравится!

За завтраком продолжаю прислушиваться к себе. Никаких подозрительных ощущений нет. То, что мне показалось шевелениями, не повторяется. Показалось мне или всё-таки нет?

— О чём задумалась? — интересуется Данррим.

— Мне утром показалось, что я почувствовала шевеление малыша. Но я не уверена.

— Если хочешь, могу после завтрака посмотреть, есть ли у тебя вздутие живота, — предлагает Рарртум. — Если его нет, то можешь скушать чего-нибудь сладенького. Есть шанс, что это добавит малышу бодрости, и он зашевелится.

Откладываю вилку:

— А можно сейчас?

— Можно, — улыбается Рарртум.

Встаёт со стула, подходит ко мне и укладывает ладонь на мой живот. Улыбается:

— Никакого вздутия. Ты действительно почувствовала нашего сынишку.

— Правда! Здорово! Он, конечно, уже с яблочко размером, но я переживала, что ошиблась.

— Ты не ошиблась.

— Я так рада!

Принимаюсь за завтрак с удвоенным энтузиазмом. Затем выпиваю чашку сладкого чая, поскольку в последнее время мне его хочется больше, чем кофе, съедаю кусочек шоколадки и замираю, прислушиваясь к ощущениям. И снова чувствую шевеление.

Так счастлива, что невозможно сдержать улыбку:

— Он шевелится! Он действительно шевелится!

— Мы рады, — улыбается Данррим. — И ждём, пока тоже сможем почувствовать.

— Слушайте! — спохватываюсь я. — Я хотела с вами обсудить имя. Может быть, выберем его заранее? Или как это происходит у драконов?

— Когда придёт время, ребёнок тебе сам расскажет, как хочет, чтобы его называли.

— Правда? А если не расскажет?

— Расскажет, не переживай.

— А если всё-таки нет?

— Значит, придумаем имя.

— Ладно… А как он должен рассказать?