Старик направил сухую, костистую руку, видневшуюся из-под широкого рукава, в сторону коляски, на его ладони появился темный, переливчатый шар. От него повеяло, чем-то холодным, неприятным, да так сильно, что, отступив еще на шаг, я запнулась и упала на попу.

— Возьми, дитя. Ты сможешь сохранить мой дар и остаться в живых. А она нет.

Он снова кивнул на спящую Юлю.

— Он слишком холодный.

— Вовсе нет, деточка. Присмотрись. Для тебя он теплый.

Голос старика завораживал, звал, уговаривал. Я помню то чувство, когда поняла, что эта штука в чужой ладони опасна. Но смерти сестры я не желала, ни за что. Я протянула дрожащую руку и, правда, почувствовала тепло и как нечто тянется ко мне, хочет объять, проникнуть в меня, захватить.

— Нет, — вскрикнула я, когда чужеродная энергия коснулась моей ладони.

Но оно уже впиталось в руку, и следа не осталось.

— Сегодня ты забудешь все, что сейчас произошло. Вспомнишь, когда время придет. Если придет. До двадцати пяти лет тебе надобно покинуть этот мир, а до этого момента магия будет спать. На этой планете ты не сможешь обуздать силу.

Рассматривая руки и не видя следов черноты, я немного успокоилась. Зачем-то слушала этого ненормального и не особо понимала, что он говорит, а старик все продолжал свою речь:

— Странники часто рыскают по мирам в поисках одаренных душ. И тебя найдут, как подрастешь.

Старик бросил на меня последний взгляд из-под бровей, и сказав:

— Приснюсь тебе сегодня ночью. А пока забудь меня.

Он развернулся и ушел в светящийся забор. Моргнула. Забор стал прежним, а я не понимала, зачем смотрю туда. Мне сестру укачать нужно и в песочницу бежать. Мама продолжала напевать, Юля сладко сопела, а я не могла вспомнить.

Казалось, что я что-то забыла. Ведь случилось что-то для меня очень важное и тревожащее. Только вспомнить так и не получилось. Я даже играть не могла, потому что внутри поселилось беспокойство.

Интересно, но старик мне и правда приснился. Он многое рассказал о своем даре и постоянно ворчал, что я не все забрала. Все самое важное и темное ему оставила. Ему теперь еще несколько лет жить и ждать, когда сила полностью иссякнет. И вновь я забыла все приснившееся на многие годы и росла, как обычный ребенок. И на этом спасибо.

Открыв глаза, я еще какое-то время лежала, глядя на цветные стеклышки в витраже, осознавая и принимая воспоминания. А потом подняла руку и, вспомнив ощущения энергии на коже, увидела знакомый шар, только он не был чернильным, как у старика, а скорее темно-синим, и отливал зеленоватым.

Да, был у меня период в детстве, когда я даже фломастеры черные выкидывала, потому что не любила этот цвет. Интересно, это как-то связано с тем дедом? Теперь и не узнать.

Мой темно-синий с зеленью сгусток переливался густым, подвижным туманом на ладони, даже когда я села. Во второй руке у меня был шар, отданный Стражем для концентрации. Не знаю, зачем, но я их соединила. Чего я никак не ожидала, но моя магия съела магию в шарике, и он осыпался песком прямо в руке. Надеюсь, страж не спросит с меня за него.

Сзади послышались шаги и магия испуганно спряталась внутри меня, а песок ссыпался с ладони на пол.

— Ты нашла свою искру и пробудила? Замечательно. Давай мне шар.

Мужчина взмахом руки убрал прозрачный купол и шагнул ближе.

— Шар? — мне отчего-то стало неловко. — Я его сломала, — ответила смущенно, а лицо стража сделалось не верящим, и я пояснила, — ну, аннигилировала, то есть развоплотила на песчинки.

И посмотрела на улики. Страж тоже опустил взгляд, а потом присел на корточки и протянул руку к песчинкам.

— Я не чувствую в них магии, а ведь шар был напитан моей энергией до краев. Что ты сделала?

— Не знаю. Оно само.

— Само, значит. Очень интересно.

Было видно, что ему не столько интересно, сколько непонятно, что произошло и как.

— Ладно, позже расскажешь подробности, а пока осваивайся. Попробуй иногда вызывать дар. Запоминай ощущения. Спрашивай адептов, как они справляются. Но постарайся никого не упокоить.

Я смотрела на Стража неверяще. Что-что мне постараться не делать? А он не обращал внимания на эмоции, которые я уже не скрывала.

— Чтобы договориться с лестницей, используй одну искорку магии, не больше, — продолжал поучать меня Страж.

А я вспоминала свой туманный шарик и пыталась сообразить, откуда там высечь искорку. Грозу устроить? Уметь бы еще.

—  Чтобы поесть, тебе тоже придется воспользоваться крупицей энергии. Выйти и войти в комнату… Ну, ты поняла. Скоро привыкнешь. Это как пользоваться собственными руками и ногами. Маг не задумывается, открывая магический замок, завязанный на его энергии. Но в бо́льшем пользоваться магией запрещено, пока не сдашь экзамен на владение даром.