Она увидела всё то же самое — лавки, стол, бревенчатые стены. Разве что помещение оказалось светлее и без дымки. Под собой на лавке она почувствовала что-то мягкое. Приподнялась на локте и ладонью провела по густому чёрному меху. Заметила, что её переодели в другую рубаху. На ней теперь не траурная — светлая, с белой вышивкой, а такая же длинная до пят, но серая и с цветной отделкой. Замысловатые знаки из красных нитей опоясывали горловину, рукава и подол одежды.

Анастасия села на низкой лавке и осмотрелась. В жилище никого не было.

«А, вот почему дышать легче», — она заметила, что огонь в маленькой печи не горит и низенькая дверь на улицу приоткрыта. Свет и свежий утренний воздух проникал через неё и сквозь маленькое окошко под потолком.

Настя встала, пытаясь сосредоточиться на себе.

— Что же со мной произошло? — начала рассуждать вслух и внимательно изучать жилище. — Помню, что летели в лоб на грузовую машину, и больше ничего…

Девушка взяла грубо сделанную плошку, покрутила в руках и поставила обратно на стол.

— Получается, что я умерла и очнулась неизвестно где, да ещё и в чужом теле? — провела пальцами по большому луку со стрелами, висящим на стене. — И хозяйка этого тела умерла… Однако я чувствую себя хорошо. А из-за чего она умерла?

Девушка глубоко вдохнула, ощупала голову, округлую грудь, ноги, но кажется, с телом всё было в порядке.

— Так, главное, мне не истерить и понять, куда я попала. Но судя по дому и его хозяевам, моё сознание перенеслось в какое-то прошлое. Это даже не дом, а скорее землянка какая-то…

Анастасия дошла до угла и взяла с полки одну деревянную фигурку. На ней узнавались вырезанные черты мужчины с длинными волосами и бородой. Внизу виднелись какие-то символы.

— Язычники, что ли? Вот мне повезло-то…

На пороге появилась мать Беляны. Она так и застыла, боясь вновь напугать свою дочь, вернувшуюся из мира мёртвых — Нави.

— Дитя моё…

Анастасия, не сводя взгляда с женщины, аккуратно поставила идола на место.

— Матушка… — больше спросила девушка, чем обратилась, вспомнив старое слово.

— Ты вспомнила? — обрадовалась Голуба и подошла ближе.

— Немного… — соврала Настя.

Девушка побоялась, что если начнёт снова объяснять, что она не Беляна, а совсем чужой человек в теле дочери, то её не поймут или вовсе прибьют.

— Мне всё еще нехорошо… И плохо всё помню…

Когда Анастасия успокоилась и немного поговорила с Голубой, которую теперь придётся кликать матушкой, то поняла, что женщина эта добрая и очень любит свою дочь.

«И как ей говорить, что Беляны больше нет и она всё-таки умерла? Жалко ведь женщину…» — подумала Настя и позволила Голубе себя обнять.

— Ничего, всё будет хорошо, дитя моё! Ты, главное, ничего не бойся! Если богиня Морена не переправила тебя в мир Нави, значит, так оно и надобно. Не закончился твой жизненный путь в нашем мире Яви.

— Что? Я не совсем понимаю, матушка… Кто такая Морена?

— Боги мои, Беляна, что же с разумом твоим стало… — женщина грустно улыбнулась и погладила Настю по голове. — Она богиня смерти и зимы, которая помогает душам из нашего мира перейти в другой.

«Так… Ладно… Нужно как-то постепенно всё узнавать, иначе я сойду с ума…» — подумала девушка и растерянно улыбнулась Голубе.

— Очнулась? Идëмте, нас ждут.

Возле двери стоял отец Беляны.

— Добран, неужто нельзя позже? Наше дитя только очнулось…

— Нехорошо заставлять волхва долго ждать. Он же говорил, как очнëтся, так сразу привести.

— По-подождите, подождите! — затараторила Анастасия. — Кто меня ждёт? И зачем?

Девушка судорожно начала вспоминать, кто такой волхв из русских народных сказок.

— Волхв Несмеян. Ступай, ступай скорее! — махнул рукой батюшка.

Голуба мягко взяла дочь под руку и повела к выходу из жилища.

— Что он сделает? Что со мной будет? Верните мне нож!

— Да что ты мелешь? Чур с тобой! — рассердился батюшка. — Волхв со старостой оберегают нас, а ты к ним с оружием идти удумала! Совсем девка умом тронулась…

— Будет тебе, Добран, не серчай на неё! Ведь не каждый день люди из мира Нави возвращаются. Где это видано… — заступилась Голуба за дочь.

Анастасия подумала о том, что Добран сейчас совсем не добр к ней, но смолчала и последовала за родителями Беляны.