– Можешь не верить мне, – хмыкнула в ответ она, нахохлившись и упрев руки в бока, разъяренно тряхнула головой. – Реально, мне тебя ударить хочется! Думаешь, золотой дракон просил бы смиренно встречи с Августом, если бы у него не было способа закрепить истинную связь? Почему ты такой честный? Нужно быть хитрее!

Впервые столкнувшись с ситуацией, когда меня ругали за недостаточную хитрость, я всегда мог поверить, что такое случилось со мной. Конечно, другие слова Лорейн тоже не прошли мимо меня. В голове, чего врать, сразу же всплыла картина того, что можно сделать, владея подобной информацией. Как использовать филина в своих целях и что лучше потребовать от других для клана черных драконов и себя, как главы клана. Определенно, с возможностью закрепить истинную связь клан черных драконов сразу же станет во главе всех кланов. Тогда никто, включая золотых драконов, не посмеет беззаботно строить свои коварные планы.

Впрочем, все эти мысли пролетели в моей голове за пару минут, оставив после себя кое-что намного главнее. Лорейн до этого спрашивала не из любопытства, верю я в истинность или нет. Если четко смоделировать наш разговор, то выйдет, что она явно и неявно подталкивала меня к тому, что мы истинная пара. Не просто истинная пара на словах, а пара, которая может закрепить истинную связь на всю жизнь.

– Как ты все это узнала? Тебе филин рассказал? – Спросил сосредоточенно.

Насколько мне было известно, то сегодня Айзар приходил и хотел забрать филина, используя всевозможные выгоды. Не получив того, что хотел, мужчина пообещал помочь мне взамен на разговор с филином. Конечно, помощь его была, без сомнений, бесполезной тратой времени, но это мы после обсудим. Сейчас меня волновало то, как Лорейн смогла все узнать. Судя по высокомерному, напыщенному поведению фамильяра, он ничего ей не сказал бы самостоятельно. К тому же, после разговора этих двух, Лорейн зачем-то ходила в оранжерею.

Так есть ли у нее способ перехитрить золотого дракона? Может ли девочка, которая десять лет болела, только иногда восстанавливая здравомыслие, быть хитрее золотого дракона? К тому же, Лорейн иногда ведет себя так, словно она уже успела хлебнуть «сладкого сиропа жизни». Некоторая мудрость в ее решениях удивляет.

– Да какая разница, кто мне сказал? – Спросила моя жена, поджав губы. – Я, конечно, не рассчитывала, что ты прыгать от радости начнешь, но твое безразличие и этот «допрос», на самом деле, раздражают.

Сделав шаг ближе к Лорейн, оказываясь к ней вплотную, я не отводил взгляда от своей девочки. Сколько раз за это время я представлял себе, как смогу держать ее на руках? Сколько ночей мне снились мы только о ней? Бесчисленное количество раз мне просто хотелось прижать ее к себе, не отпуская, втереть в кожу, сделать частью себя, чтобы никто не смог отобрать ее у меня, даже смерть. Но все это время я сдерживал себя, стараясь не думать об этом, не испытывать чувств, запрещая себе приближаться к ней лишний раз.

Что ж, если истинность существует, то я поверю в нее. По крайней мере, это объяснит чрезмерное возбуждение моего внутреннего дракона, которого я едва мог все это время усмирить и мою безумную тягу к теплу уже не номинальной жене. Боюсь, после этого дня мое безумие будет уже невозможно подавить, как бы сильно я не старался.

– Надеюсь, ты не пожалеешь о том, что рассказала мне все, – прошептал хрипло, наклонившись и впившись в сладкие уста страстным поцелуем.

От дикого желания сводило все внутри, хотелось рычать, разорвать одежду на моей маленькой жене, но я не мог этого себе позволить, боясь навредить ей. Сдержанность и страсть бушевали, словно цунами, то поддавая друг друга, то преобладая, от чего все труднее было сохранить хоть какие-то остатки здравомыслия. Мой внутренний зверь, холодный и черствый черный дракон полностью взял под контроль мою человеческую часть.

Подхватив свою маленькую жену на руки, заставляя ее обхватить мою талию ногами, я совершенно не мог остановиться, снова и снова целуя ее. С каждой секундой нашего тесного контакта, мой разум буквально пустел, не оставляя после себя ни капли здравомыслия. Ее губы, маленький остренький язычок были такими сладкими, что мне хотелось съесть ее всю. Попробовать на вкус этот изысканный, уникальный деликатес и никогда больше не отпускать ее от себя. Впервые в своей не такой уж и короткой жизни меня полностью победили инстинкты, которые бушевали внутри.

Почувствовав ответ Лорейн, ее милые и такие страстные ласки, у меня едва мозг не сплавился. Она нисколько не стеснялась, не зажималась, а точно попала в руки удовольствия, раскрывая свою женственность, свою манящую и такую очаровательную сторону.