- Можно или нельзя, кто его знает? Конечно, в первую очередь нужно верить только себе, но мы все социальные существа, нам нужно общение. Ты не можешь нести ответственность за поступки кого-то другого, но и себя слишком сильно ограничивать не нужно. Лучшего всего говорить только то, что не может принести лично тебе никаких неприятностей и обезопасить себя с самого начала общения, искренне поделилась своими мыслями.

Возможно, со времени я и изменю свою точку зрения, ведь, как уже говорила, людям свойственно меняться. Нереально прожить жизнь и при этом оставаться тем же человеком. Любое зло или добро, направленное в сторону человека, все равно меняет его. Можно даже сказать, что мы, как пластилин, со временем создаем более уникальную фигуру себя.

- Я понял, о чем ты, прошептал филин. А теперь отпусти меня!

- Где мы? - Проигнорировав вредного пернатого, уточнила с любопытством.

За время нашего разговора в этом волшебном месте все потерпело значительных изменений. Краски вокруг стали более насыщенными, появилось много ярких цветов и даже бабочки вокруг летали, дополняя эту совершенную картину. Кажется, в этот раз я все-таки смогу написать картину пейзажа и это будет именно этот пейзаж!

- Пора возвращаться.

Все еще оглядываясь по сторонам, не обращая на пернатого испытателя внимания, у меня перед глазами в секунду все потемнело. И смысл быть таким вредным? Неужели нельзя было потерпеть еще немного, чтобы я хорошо все посмотрела? Совесть вообще есть у наглого фамильяра или нет? С кем мне придется общаться до конца своих дней?

Вредина, - выплюнула хрипло.

- Лорейн, ты очнулась? Как ты себя чувствуешь?

Открыв глаза, я посмотрела на встревоженного Даргеса рядом, заглянув в его мутные глаза. Подняв руку, я погладила кончиками пальцев его веки, слабо улыбнувшись. Надеюсь, он скоро уже сможет поправиться и увидит своими глазами красоту вокруг. Или даже сможет выжить, не став злодеем?

- Я не хочу, чтобы ты умирал, прошептала едва слышно, а после пришла в себя.

- Точно, книга! Филин определенно видел, что я попала не в другой мир, а в книгу, но не выказал никакого удивления. Неужели ему все равно, что он просто персонаж книги?

Глава 18 - Компаньоны.

- О чем ты говоришь?

Никак не реагируя на вопрос Даргеса, я тупо смотрела на мужчину, не в силах придумать оправдания. И почему я вообще такая глупая? Зачем я гладила мужчину и говорила о том, что не хочу, чтобы он умирал. Ясно же, что Даргесу неизвестны детали книги, для него все происходит на самом деле. Хотя, если честно, уже сама не уверена, где истина, а где выдумка.

Действительно ли я попала именно в книгу? Тогда почему все чувства настолько реальны? И если это вообще не книжный мир, тогда какую книгу читала я?

- Она не отошла еще от испытания, услышала

наполненный ленивой хрипотцой голос филина. Ей нужно

было сделать выбор, котором ты мог умереть или выжить.

Внимательно выслушав фамильяра, Даргес снова посмотрел на меня, словно ожидая продолжения. Кажется, ему было интересно, какой выбор я сделала. Но, смогу ли я правдоподобно соврать сейчас, если вообще никакого выбора не делала. Естественно, если бы было подобное испытания, тогда я, вне всяких сомнений, пожелала, чтобы мужчина жил.

- В сердце Лорейн ты занимаешь особое место, неоднозначно продолжил пернатый манипулятор. Конечно, как она уже сказала, ей хочется, чтобы ты жил.

Поджав губы, я кинула холодный взгляд на клетку с филином, понимая, что сдавила шею вредного фамильяра недостаточно сильно. Нужно было ему показать «врата ада», чтобы он осознал, когда следует что-то говорить, а когда лучше помолчать. Впрочем, без него, подозреваю, я бы не смогла из себя и нескольких слов выдавить.

Вообще, это очень странно! Как только Даргес узнал о том, что у меня все хорошо с головой, мне стало немного неловко с ним разговаривать. Но может ли быть так, что мне просто стыдно за мои предыдущие эпичные выступления? Чувство стыда же не поддается никакой логике, поэтому мне не по себе.

- Я сейчас позову Вильгорта, пусть он проверит твое здоровье, тепло проговорил дракон, приподняв уголки губ в подобии улыбки. Ты хорошо справилась, я горжусь тобой.

Реально потеряв дар речи от подобного отношения, пропустив момент, когда мужчина вышел из комнаты, я могла только покоситься на филина. Но, действительно, я искала поддержку не у того... зверя. Этот пернатый, заносчивый засранец лежал в своей клетке, животом кверху кряхтел. Он нагло ржал и совершенно этого не стеснялся! Нашел,

честно слово, над чем посмеяться.