Ангелина переместилась на кровати, я лег сверху, вошел в нее сразу, замер на секунду, а потом начал вколачиваться, выбивая из нее стоны и крики. Когда она кончила второй раз, сжимаясь вокруг меня, я позволил себе отпустить контроль и кончил глубоко в нее долго, горячо, заполняя полностью своей спермой.

На яхте мы любили друг друга почти всю ночь.

Через несколько дней мы летели на частном самолете в Монте-Карло.

В салоне я усадил Ангелину на колени лицом к себе. Задрал платье, стянул тонкие трусики и медленно, очень глубоко вошел в нее, пока самолет набирал высоту. Ангелина обхватила меня руками за шею и стонала в плечо, двигаясь на мне медленно и чувственно. Я держал ее за бедра, помогая ей, и шептал на ухо:

— Ты чувствуешь, как идеально мы подходим друг другу? Как твое тело принимает меня всего… целиком…

Она кончила первой, тихо, но очень сильно, дрожа и прижимаясь ко мне всем телом. Я последовал за ней, снова заполняя ее теплой, густой волной.

Но самой запоминающейся стала ночь в ее собственном SPA-салоне.

После закрытия мы остались одни во всем здании. Я привел ее в самую большую комнату с массажным столом и огромным джакузи. Раздел медленно, наслаждаясь каждым открывающимся сантиметром. Когда она осталась полностью обнаженной, я достал из ящика возле стола, коллекцию интимных игрушек которых я купил не давно и привез с собой.

Взял самый большой анальный вибратор, показал ей и тихо спросил:

— Ты когда-нибудь пробовала это с кем-то?

— нет, нет, я и не думала,– Ангелина немного покраснела.

— Тогда сегодня я хочу быть первым.

Я долго готовил ее, ласкал пальцами, языком, теплым маслом. Когда она уже тяжело дышала и тихо стонала от удовольствия, я очень медленно ввел в нее попку вибратор и включил на самую низкую скорость. Ангелина всхлипнула от нового, непривычного, но явно приятного ощущения.

Потом я глубоко вошел в киску одним плавным движением. Вибрация создавала невероятное давление. Ангелина громко застонала, выгибаясь подо мной. Я двигался уверенно, но нежно, одной рукой лаская ее клитор, и целовал лицо.

— Ты такая невероятная… — шептал в губы. — Такая мягкая, такая горячая… Ты будешь кончать по несколько раз в день пока ты со мной.

Ангелина кончила с долгим, дрожащим стоном, сжимаясь вокруг меня и вибратора. Я продолжал двигаться, пока она не кончила еще раз. Только тогда я осторожно вынул вибратор, подложил под ее бедра подушку, обильно смазал свой член смазкой и очень медленно, бережно вошел в ее тугую попку.

Ангелина тихо ахнула, но это была не боль, это были иные ощущения. Я двигался медленно, очень нежно, одной рукой продолжая ласкать набухшую от перевозбуждения киску.

— Я люблю тебя, моя богиня. Твое тело, то какая ты есть. Ты моя слабость, мой страсть.

— Еще, да-а-а-а… Олег… да-а-а-а…я совсем скоро… а-а-а…

Убрал пальцы с клитора, тархал только попку, она кончила анальным оргазмом. Сильно, дрожа всем телом, всхлипывая от удовольствия. Я начал кончать в ее попку, сперма вырывалась из меня густыми струями, ее было много, она вытекала наружу.

После этого мы долго лежали в джакузи, обнявшись. Ангелина прижималась ко мне всем телом, а я гладил ее мокрую спину и шептал:

— Ты — моя роскошь. Моя женщина. Моя единственная.

Ангелина подняла голову и посмотрела мне в глаза. В ее взгляде уже не было прежнего страха и сомнения. Только глубокое, теплое доверие.

— Я начинаю верить, — тихо сказала она. — Что ты хочешь именно меня. Не «просто толстушку» как экзотику и свою прихоть. А меня.

Долго, нежно, но уже с новой, еще более глубокой страстью поцеловал ее в губы.

— Не начинаешь, — ответил. — Ты уже веришь. И я буду напоминать тебе об этом каждый день… пока ты не начнешь чувствовать это каждой клеточкой своего тела.

Так прошли эти две недели. Роскошные, страстные, нежные и очень откровенные. Я был полностью, без остатка одержим ею.

А Ангелина постепенно, день за днем, становилась все более раскрепощенной, все более уверенной в себе и в том, что ее тело это не недостаток, а настоящее сокровище.

Мое сокровище.

А еще, поймал себя на мысли, что хочу ребенка.

Глава 7

Вернулся из Токио на два дня раньше.

Самолет приземлился в полночь, но я даже не поехал домой. Сразу приказал водителю везти меня к Ангелине. Две недели без нее превратились в настоящую пытку. Я скучал так, что это уже было не просто желание, это была физическая боль.

Я хотел ее запах, ее голос, ее тело под своими руками. Хотел слышать, как она тихо стонет, кричит, смеется. И это был уже не физический голод, а другой, более глубокий, эмоциональный, словно я стал от нее зависим.

Купил в аэропорту ее любимые розовые эустомы, ехал с букетом в руках, как мальчишка на первое свидание. Улыбался, представляя, как она откроет дверь, как я прижму ее к стене и наконец-то поцелую так, как мечтал все эти дни. Вдохну ее аромат, увижу в глазах блеск и радость.

Но когда она открыла дверь, улыбка исчезла с моего лица.