* * *

От моего имени в её устах, огненная лава разлилась по моим венам. Так красиво моё имя не звучало ни когда, хоть она и произнесла его с лёгким акцентом. Нужно срочно выбираться и заняться завоеванием своей женщины, решил я и начал примеряется топором к дереву.

Это было проблематично. Я не мог взяться за топор обеими руками, мешали цепи. Я не мог развернуться и стоял к стволу спиной, так как на моих ногах были кандалы, цепи которых опоясывали дерево.

Поэтому стоя спиной к стволу дерева я начал его рубить одной рукой. На это уйдет уйма времени, понял я, но был не намерен сдаваться.

— Мы так до морковкиной заговени не свалим от сюда, — подала голос, моя сладкая девочка.

Пытаясь проанализировать смысл сказанного замер, глядя на мою фею. Мой взгляд упал на её грудь, обтянутую тканью и я забыл, о чём думал.

— Нужно отрубить ветки, на которых крепятся цепи, что сдерживают твои руки, — предложила она. — Потому что я это дерево вообще ни когда срубить не смогу.

У меня даже мысли не было просить её махать топором. Не женское это дело. Я должен обеспечивать комфорт своей женщины, но пока не получается. Ничего я свое наверстаю.

— Ты не дотянешься до веток, мешают цепи. А я ростом не вышла, — сокрушалась малышка. — Но если я сяду на ветку, то с горем пополам смогу её срубить и освободить тебе одну руку.

— Я тебя туда не пущу. Это опасно, — решительно заявил я.

— Ну, тогда ждём твою сестричку. Заодно и познакомимся, — пошутила моя мелэ́тти.

* * *

У мужика свело челюсти и он посмотрел на меня так как будто извинялся. Правда я не поняла за что.

— Хорошо, — скрипя зубами, согласился мой контуженный.

— Только вот я сама не залезу, а ты меня не подсадишь, цепи не дадут, — искала я выход из ситуации.

Выход нашел белогривый, он со всего маху всадил топор в дерево. Таким образом, образовалась ступенька, встав на которую я смогу забраться на ветку.

— Молодец, — похвалила я своего эльфа.

От моей похвалы его хмурое выражение лица исчезло, а на смену пришло что-то мечтательно-восторженное. Точно пришибленный решила я и начала примеряется к ступеньке. Однако чтоб до нее добраться, мне нужна ещё одна ступенька.

— Высоко, — расстроилась я.

Мой защитник присел возле дерева и выставил в сторону свою мускулистую руку.

— Залезай на меня, я тебя подсажу, — предложил образчик мужской красоты.

От осознания того, что я прикоснусь к нему, у меня закружилась голова, тараканы в ней запаниковали. А вот чертята в моей душе предлагали воспользоваться моментом и хорошенько облапать мужика.

На негнущихся ногах я направилась к источнику моих сексуальных фантазий. Положив руку на его обнаженное плечо, вздрогнула, моё дыхание сбилось, и предательские мурашки завладели моей кожей.

Он был так близко. Хотелось обнять его за шею, зарыться в его шелковистые волосы, узнать вкус его губ. Мужской запах эльфа окутал меня, он пах лесом, дождем, бергамотом и силой. На него хотелось положиться, ему хотелось отдаться.

С трудом сфокусировавшись на своей миссии, я старалась не смотреть ему в глаза, иначе сорвусь и сделаю что-то недозволительное. Поставила ногу на его колено, другую на его сильную руку, потом полностью стала на нее.

Мужчина напрягся и медленно поднялся во весь рост. Вот это мощь, подумала я, обнимая ствол дерева. С этой высоты я легко перешла на топор, а с него забралась на ветку и оседлала её.

* * *

Когда нежная ручка моей мелэ́тти легла на моё плечо, я умер и возродился вновь. Возродился для неё, моей пары. Я боролся со жгучим желанием обнять её тонкий стан, да и цепи бы не дали насладится близостью. Ничего придет мое время.

Тайком вздохнул её запах и пожалел об этом, такая сладкая, что в голове помутилось. Моя сладкая девочка, ты будешь млеть в моих объятиях и стонать, стонать, стонать, от страсти, когда я буду вбиваться в тебя.

В моих штанах стало тесно, что ты делаешь со мной, милая. Одно твое присутствие лишает меня самообладания, а я должен быть собран и не уронить тебя.

Моя Любовь перешла на мою руку, она легче, чем я думал. Легко выпрямился и мое сокровище покинуло меня, перебравшись на топор. Меня настигло чувство одиночества и страха за её безопасность.

Она легко залезла на ветку дерева и оседлала её. Как бы я хотел стать этой веткой, чтоб её стройные ножки обнимали меня. Любуясь Любовью я позабыл зачем она вообще туда залезла, в чувства меня привел её мелодичный голосок.

— Линтрэ́сель, давай топор, — она протянула свою изящную ручку, в ожидании посмотрев на меня.

Одним отработанным движением я вытащил секиру из ствола дуба и крутанув её, взялся за противовес. И прежде чем протянуть оружие своей женщине, проинструктировал её: