А она склонилась к нему, чтобы поцеловать в щеку, но промахнулась и чмокнула в уголок губ.
— Буду ждать, — сказала Юна и исчезла, как волшебное видение.
Даст облизнул губы, пялясь в закрывшуюся за ней дверь. Эту ночь он должен провести с Юной.
***
Я успела сплавать до буйков и назад, когда Фьер наконец явился. Посмотрел вокруг через очки-сканер, и я уже приготовилась услышать очередное «чисто», но он вдруг сказал:
— Вижу следы магического воздействия.
— Серьезно? — удивилась я, приподнявшись на шезлонге. — Откуда? Где?
— Непонятно, — нахмурился Дасти. — Как будто темное облачко. К тебе никто тут не приставал?
— Вон тот пузатый мужик предлагал намазать меня кремом, но я отказалась.
И даже думать о нем забыла, поглощенная разработкой стратегии по соблазнению Дасти.
— Может, ты это сделаешь для своей любимой жены? — добавила я и вручила ему тюбик с кремом, не давая возможности отказаться.
— С удовольствием, солнце мое, — ответил Фьер.
Я опустила голову на шезлонг, затаив дыхание от предвкушения, и Дастин меня не подвел. Сильные руки заскользили по плечам, втирая крем и разминая мышцы. Пальцы нахально дернули завязку от лифчика.
— Пусть загар ляжет ровно, — сказал он.
Я согласно промычала в ответ.
Он намазал кремом всю спину, а потом, после паузы, опустил ладонь мне на ягодицу.
— Я вот думаю, — пробормотал Дасти. — Неужели это так просто — рассорить влюбленных супругов? Рассорка, приворот, горничная — это же не серьезно.
— Полагаю, мы пока не увидели весь арсенал воздействия, — ответила я. — Но, между нами, я бы точно развелась с мистером Пуцки, если бы застала его в кровати с другой.
Тем более со мной он на ней не спит, предпочитая диван.
— Если бы я застукал тебя, в смысле, миссис Пуцки, с барменом, то бухта перестала бы быть тихой, — пообещал Дасти, поглаживая мою попу. Он выдавил еще крем и принялся за вторую ягодицу.
— А почему ты против брака?
— Я? — искренне удивился Дасти. — Я вообще не против! С чего ты так решила?
— С того, что ты до сих пор не женат. Почему?
— Не встретил ту самую, — сказал он. — Но это все было до тебя, детка. А ты, Юна? Не думала о том, чтобы завести серьезные отношения?
— Куда уж серьезнее, мистер Пуцки.
Я слегка запуталась, где легенда, а где настоящие мы. А Дасти все втирал крем в мою попу, хотя не такая уж она и большая. Выдохнув, я завела руки за спину, завязала веревочку лифчика и перевернулась на шезлонге, подставляя Фьеру переднюю часть меня. Но он закрыл тюбик и, вскочив с шезлонга, убежал купаться.
А я осталась лежать одна, наблюдая за тем, как мужчина моей мечты рассекает прозрачные воды бухты. Что он там говорил про облачко магического воздействия? Проблема в том, что преступник, по идее, должен использовать темное заклинание. А мне нужен исключительно позитивный эффект, который я смогла бы использовать в своих целях.
Развратница! Я даже подпрыгнула на шезлонге от прекрасной идеи. Относится к темной магии и наносит несомненный ущерб, если человек находится рядом с субъектом, к которому равнодушен. Аналитики отнесли бы подобное к психотравмирующему опыту, но это не мой случай.
Когда Дасти вдоволь наплескался и вышел на берег, я уже ждала его у кромки воды.
— Как-то мне не хорошо, — пожаловалась ему.
Прохладная ладонь тут же опустилась на лоб.
— Жар, — сказал Фьер, вмиг посерьезнев.
Еще бы я не была горячей — торчу тут под солнцем без шляпы. А у Дастина после моря рука приятно прохладная.
— Живот не болит? — забеспокоился он.
— Не болит, — ответила я и призывно облизнула губы, но Дасти оттянул мне веки и посмотрел в глаза, проверяя зрачки. — Хочется чего-то, не пойму чего...
Вру, конечно. Я поняла это еще год назад, когда мы с Фьером сидели в засаде, выслеживая мага, грабанувшего банк. Я тогда думала — вот бы провести с Дасти всю жизнь, и даже неважно где, пусть и в кустах. Хотя в шикарном отеле, конечно, получше.
— Ты что-нибудь пила? — спросил он, беря меня за руку и уводя к шезлонгам.
— Взяла воду из бара, в запечатанной бутылке.
— Ох, Юна, это еще не гарантия. Пойдем.
Он замотал меня в парео как гусеницу и, легко подхватив на руки, понес к отелю.