Мама, я женюсь! Или уговорим невесту позже

Глава 1. Привет, незнакомка!

Я спала. Могла же я позволить себе в последний раз поспать в нормальной кровати? Вот и я подумала, что могла, поэтому сняла себе номер на хорошем постоялом дворе, вкусно поужинала и пристроила свою буйную голову на подушку.

Кажется, даже задремать успела. Как вдруг…

Бум, хрясть, топот, крики – и все это точно надо мной.

Тут даже мертвый восстал бы – а я знала, о чем говорила!

Спросонья все, что успела, это сесть, распахнуть глаза и сформировать в правой руке простое, но действенное оглушающее заклинание. Только оглушать было некого: все хулиганы были вне зоны моей досягаемости.

Наверху что-то упало – громко! – и покатилось в угол. Удар – кажется, кто-то колошматил в дверь. Скрип в районе окна – и это точно была дверца, но не входная – если мне не изменяла память, этажом выше у номеров были балкончики (мне такой тоже предлагали, но переплачивать за вид на столицу смысла я не видела).

Я только раздраженно вдохнула, мысленно пожелала всем наверху дружно подавиться своими семейными драмами и решила, что, если через минуту не затихнут, я лично поднимусь и помогу им упокоиться.

Судьба, как обычно, решила, что это слишком простой вариант.

Что-то ударилось о мой подоконник. Потом скрежетнуло.

А после в распахнувшееся окно влетело мужское тело.

Именно так. Не «вошло», «заглянуло» или «осторожно проникло».

Влетело.

Я отшатнулась вместе с одеялом, оглушающее заклятие в руке вспыхнуло ярче, а незнакомец, пролетев полкомнаты, с грохотом растянулся на полу у кровати.

На секунду воцарилась тишина.

Потом это безобразие приподнялось на локтях, откинуло с лица темную прядь и ослепительно мне улыбнулось.

— Привет, незнакомка!

Я уставилась на него так, как обычно смотрела на особо одаренных первокурсников перед тем, как отправить их копать могилы для учебных скелетов. Не в переносном смысле. На факультете некромантии переносные смыслы вообще плохо приживались.

Парень был молод. Слишком молод, слишком красив и слишком доволен собой для человека, который только что ввалился ночью в чужое окно. Рубашка расстегнута чуть не до пояса, волосы растрепаны, сюртук держался на одном плече и честном слове, сапог на одной ноге был, на второй нет. Да и вообще вид у нахала был такой, будто он не убегал от беды, а вышел прогуляться и случайно ошибся номером.

— Какого демона, — очень внятно спросила я, — ты тут делаешь?

— Спасаюсь, — с готовностью ответил он, даже не пытаясь подняться. Устроился на полу удобнее, будто так и было задумано. — И, надо признать, удачно. У вас здесь неожиданно уютно.

— У меня здесь неожиданно закрыто. Было.

— Это временно, — заверил нахал. — Я уже почти жалею о вторжении.

Сверху снова раздался грохот.

Женский вскрик.

Мужской рык.

Еще чей-то голос – такой высокий и трагический, что, думаю, он мог принадлежать либо оскорбленной супруге, либо очень впечатлительной служанке.

Я моргнула. Потом еще раз. Потом все сложилось в ту картину, от которой захотелось не просто вышвырнуть гостя обратно в окно, а еще и чем-нибудь тяжелым приложить напоследок.

— О-о-о, — медленно произнесла я. — Так тебя застали в чужой постели!

Парень приложил ладонь к груди.

— Какая грубая формулировка.

— Зато точная?

Он чуть склонил голову набок, словно всерьез обдумывал, стоит ли сейчас лгать женщине в одной сорочке, держащей в руке боевое заклинание.

— Скажем так, — произнес он наконец, — меня крайне несправедливо застали в обстоятельствах, которые со стороны могли показаться компрометирующими.

— Со стороны кровати?

— Вы удивительно быстро схватываете суть.

Я села ровнее, натянув одеяло до подбородка. Не из стыда, просто не любила, когда в моей комнате валялись полуголые мужчины и чувствовали себя при этом хозяевами положения. Это действовало на нервы.

— Вон.

Учитывая, что руки у меня были заняты, пришлось указать на дверь подбородком.

Незнакомец вздохнул.

— Боюсь, это затруднительно.

— Я сейчас тебе помогу.

— Не сомневаюсь. Но, видите ли, этажом выше, кажется, уже находится муж. И если я сейчас проявлю себя, как честный человек, то меня, вероятнее всего, попытаются убить.

— Какая потеря для общества.

— А я обществу еще нужен.

— А мне – нет!

Наверху кто-то заорал:

— Куда он делся?!

Женский голос – оскорбленно и истерично:

— Я не знаю!

Еще один – с придыханием:

— В окно! Он выпрыгнул в окно!