– Ну, не то чтобы тайна, в общем… – он слегка сконфузился, – главное, что ты должна знать – бабушка твоя замечательный человек.
– Я это знаю, – странный получался разговор, – дед, а ты ее любил?
– Да, – без раздумий ответил он, – очень.
Помолчали, доедая слегка подгоревшие драники.
Странная тяжесть повисла под потолком.
Он достал баранки и печенья.
– Похрустим? – и зажег огонь под чайником.
– Похрустим, – я кивнула и посмотрела на него внимательно, – а сейчас ты счастлив?
Он хохотнул:
– Почти! Вот если бы заполучить хоть одну шоколадную конфету, то был бы счастлив абсолютно!
Он порывисто вздохнул – была в этом вздохе какая-то прореха. Будто угольное ушко – лаз в давнюю боль.
И я вдруг подумала, что мой замечательный дед Василий, несмотря на молодую симпатичную жену и сына-подростка, очень одинокий человек.
– Ты знаешь… – мне хотелось сказать ему что-то хорошее, обнять, но поворот ключа в дверном замке меня остановил.
– Вот и Олеся, – дед поднялся и вышел встречать жену.
Я погрустнела – разговор по душам не то чтобы не получился, но хотелось продолжить, и уж конечно без Олеси.
Она в общем, была неплохая тетка, всегда вежливая и вроде бы даже доброжелательная, но чувствовалось, что это немного через силу, мне всегда казалось, что она продолжает ревновать своего мужа к бабушке, хотя разошлись они давным-давно.
– Привет, – она чмокнула его в щеку и заметила меня, стоящую в дверях кухни, – здравствуй, Ксеня, как дела? Как сессия?
– Здравствуйте, – я улыбнулась ей, – пока сдаю без троек, осталась анатомия.
– Ничего-ничего, справишься, – Олеся раздевалась в прихожей, – первый курс всегда самый сложный. Вы ужинали?
Она работала стоматологом и знала не понаслышке, что такое учиться в меде.
– Да, спасибо, дед покормил, – я вдруг подумала о том, что дома, наверное, бабушка уже с работы пришла, – я, пожалуй, пойду.
– Ну что ты, – заговорил дед, – мы ж собирались чайку попить.
Мне показалось, что ему неловко, хотя было непонятно почему. Странно, эта неловкость будто бы присутствовала всегда, если с нами оказывалась его жена.
Я быстро обвела их взглядом – странная, конечно, парочка. Мягкие каштановые кудри до плеч, высокая, большая, похожая на гренадершу Олеся была выше деда. Не намного, он тоже был не маленький, но все-таки выше. Хоть она и была моложе его на тринадцать лет, выглядели они практически ровесниками. Медленная, плавная Олеся и веселый живчик – дед Василий. Причудливый контраст.
Познакомились они банально – он пришел к ней лечить зубы. И женился через полгода.
«Пора домой», – скомандовал внутренний голос.
– Экзамен через день, надо бы над учебниками еще посидеть, – я думала о том, что ни над какими учебниками я сегодня сидеть точно не хочу.
– Тогда ладно, – дед развел руками.
Я быстро оделась и наскоро со всеми распрощавшись, вышла в морозный январь. И уже подходя к остановке, вспомнила, что обещала Денису с химией помочь. Странно, что он не вышел мать встречать, вот я и забыла. Но все равно как-то неудобно получилось. Возвращаться я не стала.
– Бабуль, ты дома? – открыв дверь, я сразу бросила взгляд на тумбочку – если сумочка стоит, то значит бабушка дома.
– Ага, – отозвалась она из кухни, – мой руки и за стол.
– Я у деда ела, – прокричала я.
– Ты к нему заходила? – бабушка показалась в коридоре с полотенцем в руках.
– Угу.
– И как он? Как здоровье, спина? – в ее глазах был живой интерес.
– Вроде все хорошо, на спину не жаловался, кормил меня подгоревшими драниками.
Я смотрела и думала – всегда, когда я заговариваю с каждым из них, оба в первую очередь спрашивают об одном – как здоровье и как дела у другого.
И кто кого, спрашивается, не любит? И зачем, скажите на милость, у деда эта высокая Олеся? А бабушка уже семнадцать лет одна. Как я родилась, так вскорости они и развелись. Насколько я помню, у нее так никого и не было. Хотя, может, я просто чего-то не знаю.
– А и ладно тогда, – она махнула рукой, пошла на кухню и спросила, обернувшись: – Чай будешь?
– Ага, – я уже мыла руки в ванной.
– Да, и опять Артем заходил.
Я слышала, как зажегся газ и громыхнул о чугунную решетку плиты тяжелый чайник, и зашла на кухню:
– И чего ему опять надо было?
Забавно, но наша кухня была едва ли не точной копией дедовой, может, потому что у нас планировки квартир были зеркальные? И сами квартиры находились в паре остановок на троллейбусе друг от друга. Летом я часто пешком ходила. У нас стоял такой же небольшой стол, придвинутый вплотную к подоконнику, деревянные стулья, на дедовой кухне шкафчики были модного салатового цвета, а у нас простые, белые. У них были подвесные шкафчики, а у нас старинный бабушкин белый буфет.
Бабуля посмотрела на меня укоризненно.
– Нормальный парень, что ты так? – это она про заходившего Артема.