- Характер у нее сложный. Если ей что-то не нравится, будет верещать, пока не надоест, а если начать с ней спорить или что-то доказывать, то ее злость достигнет апогея, и тогда ваши препирательства затянутся надолго. Она считает, что в любой ситуации права исключительно она, и никто другой. Разубедить ее в этом невозможно, а тратить свое время и нервные клетки не вижу необходимости, - пояснил Василий.
- И что, все терпят? - искренне удивилась я такой несправедливости.
- Она ругается только с теми, кто ниже по должности, а руководству стучать у нас не принято.
- Но это так… так обидно, - подобрала я подходящее слово. - А если я действительно права?
- Подумай, что тебе важнее, - сказал Вася. - Доказать это или сохранить нервы.
Я призадумалась. Резон в словах парня был. Нервные клетки мне, безусловно, важнее, но и мириться с несправедливостью я не хочу. То, что человек выше тебя по должности, не дает ему никакого права унижать тебя, повышать голос или выставлять в неприглядном свете, тем более если ты прав. Кем бы ни был человек, он в первую очередь остается человеком. Да, в силу занимаемой должности руководитель может делать замечания, проводить беседы, лишать надбавок и премий, если работа выполнена некачественно или не выполнена вовсе, но делаться это должно корректно, а не путем унижений. Если бы я работала здесь по-настоящему, то вряд ли бы стала терпеть выходки Екатерины Юрьевны в той ситуации, где права я. Для начала попробовала бы в спокойной форме отстоять свою точку зрения, а там бы уже действовала по обстоятельствам, но унижать себя не позволила бы.
Сейчас же, если будет такая ситуация, мне придется терпеть выходки этой женщины. Во-первых, я пока что здесь на птичьих правах. Во-вторых, эти птичьи права мне необходимы. Если Екатерина Юрьевна скажет, что я не справляюсь с работой, и мне укажут на дверь, то я не смогу поговорить с Кириллом, а мне нужно узнать у него, где искать Леонида.
- О чем задумалась? - прервал мои размышления Вася.
- Я…
- Привет, - раздалось со спины, и чья-то рука по-хозяйски расположилась в районе моей талии.
Не ожидая подобного, я от неожиданности заехала какому-то мужчине локтем в солнечное сплетение. Раздалось возмущенное оханье, и рука с моей талии исчезла. Я обернулась и увидела охранника Павла, который стоял согнувшись и держался обеими руками за живот.
- Прости, - заволновалась я и наклонилась к нему. - Ты меня напугал. Сильно болит?
- Нет, - с трудом выдохнул он и постарался улыбнуться. Улыбка получилась кривоватой.
- Что здесь происходит? - раздался властный голос, и мы синхронно повернулись к его источнику. У стеллажа с красками стояла Екатерина Юрьевна, сложив руки на необъятной груди.
- Доброе утро. Утреннее приветствие, ничего более, - поспешно ответил за всех Василий.
- Я вижу, - оскалилась женщина. - Александра, вы с какой целью здесь? Получить работу или найти мужчину для своего времяпровождения? - смирила она меня неприязненным взглядом.
- Екатерина Юрьевна, это не то, что вы подумали, - встал на мою защиту Паша. - Я просто знакомился с новой сотрудницей. Это часть моих обязанностей - знать, кто работает на вверенном мне объекте.
- На данный момент она, - неприлично ткнула она в меня толстым пальцем с массивным перстнем, - сотрудницей не является. И судя по ее отношению к работе, являться не будет!
- Что я такого сделала? - не выдержала я нападок в свой адрес.
Мне стало обидно.
Екатерина Юрьевна подплыла ко мне и прошипела:
- На работе, дорогуша, нужно думать о работе, а не строить глазки кому бы то ни было.
Я пыхтела и мысленно повторяла: «Молчи, Сашка, молчи. Ты еще не все узнала, что хотела».
- Понятно? - выплюнула она мне в лицо.
Я стиснула зубы и, не отрывая взгляда от ее перекошенного злостью лица, кивнула.
- Макияж и одежду тоже следует подбирать более вдумчиво. В конце концов, мы не в публичном доме работаем, - презрительно скривилась женщина.
Я опешила от такого высказывания, не в силах что-либо ей ответить.
- Надеюсь, я ясно выразилась. Подумай об этом, если не хочешь, чтобы твои дни на этом месте были сочтены, - сквозь зубы выдала она и удалилась.
Я беспомощно посмотрела на молча стоявших Васю и Павла.
- Ты превосходно выглядишь, - решил поддержать меня охранник.
- Явно лучше этой озлобленной змеи, - шепотом подтвердил Василий, опасаясь, что Екатерина Юрьевна его может услышать, несмотря на то что женщина уже ушла на довольно большое расстояние.
- Чего она на меня взъелась? - с обидой топнула я ножкой.
- Потому что ты красивая, - улыбнулся Паша.
- И что? - никак не могла понять я.
- Наверное, решила, что ты можешь здесь с кем-нибудь замутить, - хрюкнул Вася, сдерживая смех.
- Ее это не касается, - угрюмо буркнула я.
- Так-то да, но у нее на этот счет жирный такой пунктик, - усмехнулся парень.
- Почему?
Ответить мне решил, как ни странно, Павел.