- Ты чего? - удивилась я странному поведению друга.
- Ничего, - процедил он сквозь зубы. - Где, ты говоришь, этот парнишка боксы втюхивает людям?
- Зачем тебе? - насторожилась я.
- Пообщаться хочу и объяснить, что подобные сюрпризы выходят за рамки приличий!
Перпетуя Арнольдовна громко рассмеялась и сквозь слезы просипела:
- Максик, дорогой, а ты хоть знаешь, откуда берутся дети?
- О, я знаю, - воскликнула вместо него Юлька. - Нам на биологии рассказывали. Оказывается, это очень занимательный процесс.
После ее слов моя челюсть уехала куда-то вниз и рисковала встретиться с полом, если бы не встрял Макс.
- Спокойно, - положил он мне руку на плечо. - Не думаю, что им рассказывали обо всем настолько подробно, как ты себе уже вообразила.
- Вообще-то нам рассказывали про пестики и тычинки. Знаете, процесс фотосинтеза очень увлекательный, - поспешил вмешаться Тимофей, видя, что его родительница пребывает в тихом ужасе.
- Точно про пестики и тычинки? - уточнила я, подбирая челюсть и возвращая ее на положенное место.
- А ты о чем подумала? - хитро прищурилась Юлька.
Я, конечно, понимаю, что про половые отношения рано или поздно мне придется с ними разговаривать. Но хотелось бы оттянуть этот момент. Я осознаю, что вряд ли дети до сих пор верят в то, что их принес аист или мы нашли их в капусте. Но все-таки считаю, что, пока они не успели вступить в так называемый пубертатный возраст, с такими беседами можно повременить.
- Ни про что, - слабо вякнула я и повернулась к Максу: - Так что там?
Приятель покосился на детей и приоткрыл бокс так, чтобы содержимое видела только я. В коробке лежало по меньшей мере штук тридцать презервативов, красные трусики-стринги, а сверху невинно пристроилась записка на розовой бумаге: «Надеюсь, этого хватит на ночь». После того, что я успела уже себе надумать, меня разобрал смех. Утирая слезы, я посмотрела на Максима:
- И зачем было так реагировать?
- Так ты в текст записки вдумайся, - набычился он.
- Шутка как шутка, даже довольно безобидная, на мой взгляд, - встряла Перпетуя Арнольдовна, но, заметив взгляд внука, который не предвещал ничего хорошего, поспешила обратиться к детям: - Пойдемте закончим уроки в вашей комнате. И чем быстрее мы это сделаем, тем быстрее сможем начать смотреть фильм.
- А мы уже практически закончили, - отозвался Тимка. - Осталось переписать решение этой задачки и собрать портфели на завтра.
Дети отправились в свою комнату.
Я давилась беззвучным смехом и продолжала раскладывать покупки.
- То есть ты считаешь, что такие шутки уместны? - никак не мог угомониться Макс.
- Я считаю, что в ней нет ничего страшного, - пожала я плечами и улыбнулась приятелю.
- А если бы его купили дети? - возмутился он.
- Да вроде бы мальчишка их только взрослым предлагает, - задумалась я.
- Ну а если чисто теоретически представить? Вот если бы такой бокс купил Тимка или Юлька?
- Тогда пришлось бы с ними серьезно поговорить на эту тему.
- Это если бы они к тебе пришли, - заметил Макс.
- Почему ты думаешь, что нет? - удивилась я. - У нас с детьми довольно доверительные отношения.
- Ты считаешь, они обо всем тебе рассказывают?
- Я знаю всех их друзей, где они проводят время и чем интересуются. Знаю, что в случае проблем в первую очередь за помощью они обратятся к нам с Ксюшей. Знаю, о чем они мечтают, что любят и что ненавидят…
- Все, - поднял руки вверх приятель, признавая поражение, - я понял. Тебе помочь?
- Да, возьми чипсы, орешки, сухарики и насыпь в разные миски, - не стала отказываться я. - Кстати, а где Маус? Я купила ему рыбные палочки.
- На улице гуляет, проголодается и вернется, - улыбнулся Макс.
В ожидании детей я сделала еще несколько попыток дозвониться до Андрея, но телефон все также сообщал, что его хозяин находится вне зоны доступа. Что ж, придется все-таки ехать в кафе.
- Макс, - позвала я друга, - а ты случайно не знаешь, где находится кафе «Меркурий»?
- Зачем тебе? - удивился он.
- Хочу завтра встретиться с подругой, она пригласила в кафе, а я постеснялась сказать, что не знаю, где оно находится, - соврала я.
- Во сколько вы договорились?
- К одиннадцати.
- Я тебя подброшу по дороге к Смирнову.
- Ты же сегодня с ним виделся, - нахмурилась я.