Когда они въехали по шоссе в пыльный, раскалённый город, Селин попросила подвезти её до главной площади Тарии. Ей нужно было зайти к тетушке Мадлен, прежде чем возвращаться домой.
— Я надеюсь ещё увидеть вас, - внимательно посмотрел на неё Кирстон, когда чёрный автомобиль притормозил у центральной площади.
— Думаю, мы могли бы увидеться, Кас, - ответила Селин, мягко улыбнувшись.
Она не собиралась идти с ним на свидание, но и не хотела резко отказывать ему. Кас оказался приятным собеседником.
— Где и когда я смогу вас найти? - с характерной для него прямотой спросил Кирстон, потерев медную щетину на щеке.
— На ярмарке, в конце недели. Вы обязательно там меня увидите, - Селин решила выйти из ситуации таким образом, чтобы напрямую не назначать встречу. — Ведь вы пробудете в Тарии до выходных?
— Да, я пока здесь задержусь, - уклончиво ответил Кирстон. - Значит, увидимся на ярмарке, Селин.
Она кивнула и вышла из машины, сразу ныряя в людской поток. На главной площади всегда кипела жизнь. Кас проводил её многообещающим серым взглядом. Селин подумала о том, что он мог проследить за ней. Но быстро поняла, что ему незачем это делать. Он узнал бы, где находится её лачуга, но что это могло дать в деле об использовании запрещённых заклинаний? А в том, что расследование по этому делу будет продолжено, она не сомневалась. Какими бы милыми ни были беседы, которые Кирстон с ней вел, он оставался королевской ищейкой, прибывшим сюда из-за Кронпринца.
Селин отправилась к прилавку тёти Мадлен, со странной и необъяснимой грустью осознав, что возвращается к своей привычной жизни дочери часовщика, в которой больше не будет Рона.
Глава 13
Селин вдыхала разогретый солнечными лучами воздух, в котором витали ароматы сушеных трав, пряностей, рыбы и чего-то фруктового. Пробираясь через людской поток, среди пёстрых рядов она искала глазами палатку тётушки Мадлен.
— Дорогая, это ты? - удивлённо всплеснула руками тётя, завидев ее.
— Доброго здоровья, - расплылась в радостной улыбке Селин, заходя за прилавок. — Я - забрать чемодан. Спасибо, что присмотрели за ним.
Вместо того, чтобы просто поприветствовать, тётя Мадлен стиснула Селин в крепких объятьях и затем всю её внимательно оглядела. От взгляда тёти не ускользнуло, что Селин была в лимонного цвета женском платье, так как она не решилась ехать с капитаном Кирстоном в своей рабочей одежде.
— Я так беспокоилась! Где ты была? - воскликнула Мадлен, затем понизила голос до полушёпота и заботливо взяла её за обе руки. - Тут приходили, спрашивали о тебе, сначала эти лицедеи…
Селин поняла, что тётя имеет в виду гильдийцев. Они часто носили на одежде символ Гильдии - театральную маску: одну или две - с прямой и перевёрнутой улыбкой.
— Потом приходил беленький такой плечистый парень, - тётя Мадлен обрисовала руками фигуру в воздухе. Было понятно, что она имела в виду крепкого Мэта. - А потом ещё приходил капитан Ферг. А я даже сразу-то и не заметила твой чемодан.
— Это было небольшое недоразумение, не беспокойтесь, - пыталась уверить её Селин.
— Что ты, девочка, лучше не иметь никаких дел с этими лицедеями!
— Я и не имею с ними никаких дел. Всё в порядке, правда.
— А где же ты пропадала? - удивилась тётя.
— Поехала в гости и так неудачно заболела, что пришлось ненадолго задержаться, - беззаботно пожала плечами Селин.
— Ну, я рада, что ты в порядке! Я так переживала, - охала тётушка, поправляя разноцветный платок на голове.
Селин уверенно улыбнулась, всем видом показывая, что ничего особенного не произошло. Она взяла свой чемодан из рук тёти Мадлен. Ещё раз поблагодарила её, пообещала увидеться на ярмарке и снова нырнула в толпу горожан.
Переживания тёти напомнили ей слова Рона: “Здесь не темница, а ваше спасение”.
Рон убедился, что она не связана с гильдией, поэтому больше не было смысла держать её в поместье. Но неужели его совсем не волновала её дальнейшая безопасность? Ведь теперь гильдийцы и королевские стражи считают, что она замешана в делах Кронпринца. При этом он так запросто отправил её домой.
Ей казалось, что между ними сложилось что-то… Она и сама не знала что. Скорее всего, ей просто показалось.
Рон говорил, что отпустит её, когда уляжется пыль от инцидента в переулке. Улеглась ли эта пыль или все ещё клубится? Теперь это стало её личной проблемой. Впрочем, ей не впервые оказываться с трудностями один на один.
Селин тряхнула волосами, отгоняя непрошенные мысли. Она решила, что лучше не бродить здесь на виду у всех, а как можно скорее отправиться домой. Стук каблуков по вымощенному камнем тротуару тонул в общем гуле людских голосов.