Измена не повод Страница 47 из 66
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 47 из 66

Солнце клонилось к закату, чайки носились у моря, у меня слезились глаза от напряжения, но, увы, Тоню и детей мне так и не удалось увидеть. Кажется, я только умудрился обгореть на солнце.

Я начал волноваться. Может, Эрик держит Тоню и моих дочек где-то в другом месте?! И если он похититель, то почему не звонит, чтобы потребовать выкуп?!

«О, нет! Он же держит их в подвале! Какой кошмар! Мои дочки вынуждены сидеть в полной темноте и отбиваться от крыс!»

От новой яркой картины, на которой Тоню и детей атакуют крысы в подвале, мне стало совсем плохо.

– Думаете, ваш брат специально держит в подвале крыс, чтобы они нападали на заложников? – изумленно взглянул на меня Николай, когда я поделился с ним своим новым страхом.

– Зачем?! Крысы и так водятся в подвалах! Их ни к чему разводить!

– Хм… я не уверен. Можно специально разводить крыс. Подкармливать, а потом голодными выпустить в подвал…

– Хватит! Мой брат не настолько кровожаден! – чувствуя, как бешено колотится мое сердце от волнения за детей и Тоню, прорычал я.

Николай махнул рукой.

– Меняемся, босс! Сейчас сюда поднимутся двое наших людей и продолжат наблюдение, а нам надо немного отдохнуть, принять душ, перекусить и просто уйти с яркого солнца, иначе фантазия и не так разыграется!

Я не мог не согласиться с его планом.

Пытаясь успокоиться, я спустился в свой номер и заперся в ванной комнате. Посмотрел на себя в зеркало. Оттуда на меня взирал совсем не тот лощеный красавец миллиардер, которого я привык созерцать по утрам. Усталые, покрасневшие от недосыпания глаза, взлохмаченные волосы, мятый костюм, обгоревшее красное лицо. Я даже забыл, когда в последний раз принимал душ!

Этим я и решил заняться. Привести себя в порядок. Поливал себя то холодными, то горячими струями душа до тех пор, пока немного не полегчало.

Основательно освежившись, я обмотал вокруг бедер полотенце и вышел из ванной. В номер уже принесли ужин. Подхватив с подноса бутерброд с ветчиной, я выглянул из окна. Сердце ухнуло: я увидел Эрика!

Мой братец приоделся: белоснежная рубашка и брюки из льна, мягкие туфли из светлой кожи, фетровая шляпа.

«Еще бы ему не приодеться, когда в его отеле живет та, из-за которой его изгнали из моего дома!» – мелькнуло злое.

Эрик открыл заднее сиденье и вытащил оттуда огромный букет ромашек.

Я поперхнулся бутербродом.

«Ах, ты, предатель! Решил мою жену пленить ромашками?! Романтиком заделался?! Она ненавидит ромашки, у нее на них аллергия!»

Подхватив букет, Эрик скрылся за дверьми отеля.

Мое разочарование невозможно было передать словами! Это что же получается, братец снова в деле?! Окучивает мою жену, пока я попал, как кур в ощип?!

Все, я пас! Никакой слежки! Сейчас спущусь вниз, перейду дорогу и врежу ему как следует!

Выхватив из чемодана первую попавшуюся майку и летние брюки, я начал одеваться, но не успел застегнуть брюки, как во дворе отеля показался бармен с желтыми волосами. Я его узнал! Значит, банда в деле! Получается, это похищение?

«Сейчас или никогда! Держись, Тоня, я тебя спасу!»

Наплевав на свою службу безопасности, которая, кажется, представляла собой больше опасность, я бросился вон из номера.

– Босс, вам напекло голову! Вы совершаете необдуманный поступок! Вернитесь немедленно в номер!

Нет, я не собирался сдаваться! Игнорируя отборный мат высунувшегося в мыльной пене из окна голого по пояс Николая, я выскочил на улицу и растерянно огляделся по сторонам.

И вдруг в окне «Графита» на первом этаже мелькнула знакомая фигура.

Тоня! Это была она!

Моя жена совсем не была похожа на пленницу. Она улыбалась и вела за руки дочек! У меня отлегло от сердца: если дети с Тоней, значит, они в безопасности.

А вот как мне добраться до Тони – тот еще вопрос!

Я с жадностью взглянул на жену. Тоня была одета в просторное цветастое платье длиной в пол, которое ей очень шло. Она будто светилась изнутри. В последний раз я наблюдал такое, когда она ждала второго ребенка. Когда Тоня беременела, в ней раскрывалось нечто истинно женское, тайное… Наполняясь ребенком внутри, она начинала светиться счастьем снаружи. Эти моменты в жене я любил больше всего. Говорят, когда женщина носит в себе дочку, она внешне меняется в худшую сторону. Но это точно не о Тоне.

У меня в груди что-то болезненно сжалось. Тоня же не может…? Ощущая, как по спине прокатилась волна противного холодка, я отчетливо вспомнил, как чуть больше месяца назад мы с Тоней задержались в офисе допоздна… В бизнес-центре кроме нас и охраны на первом этаже, по-моему, вообще никого не было. Перемкнуло же нас в тот вечер! Помню, как я усадил ее на стол, а потом все померкло. Я брал ее снова и снова, упивался ее приглушенными вскриками и никак не хотел отпускать…