Тамара отвела глаза к холодильнику, где всё ещё висел магнит с прошлогоднего Сёминого турнира. Андрей тогда не пришёл. Командировка. Теперь я уже не была уверена ни в одной его командировке.
— Вам просто подпишут, что вы претензий не имеете, — буркнула Тамара. — Получите компенсацию и съедете. А прописку потом снимут. Всё законно.
Марина подняла голову.
— Интересно, кто это вам такие сказки рассказал?
— Не ваше дело, — огрызнулась Тамара.
Я взяла телефон со стола, остановила запись и отправила файл себе на почту. Тамара увидела это и резко встала.
— Вы что, меня записывали?
— Да. Вы пришли в мой дом давить на меня по поручению своей дочери и моего мужа. Мне пригодится.
— Ах вы ещё пожалеете.
— Эту фразу сегодня уже говорил Андрей. У вас с ним один текст?
Тамара ушла, хлопнув дверью так, что в прихожей звякнули ключи на крючке. Марина закрыла за ней и вернулась на кухню.
— Лер, она сболтнула лишнее. Если они уже бумаги готовят, тебе завтра надо идти не только к юристу. Надо в жилищный отдел и к нотариусу узнать, не записывали ли тебя куда-нибудь.
Я кивнула. В голове уже складывался список. Паспорт, свидетельство о браке, выписка ЕГРН, кредитный договор, график платежей, чеки за ремонт, переводы с моей карты. Странно, но дела спасали. Пока я думала о бумагах, боль стояла рядом и ждала своей очереди.
Дверь снова открылась. На этот раз ключом.
— Мам? — голос Ани дрогнул ещё в прихожей.
Я вышла к дочери, и она сразу бросилась ко мне. Высокая, взрослая, в короткой куртке, с красными глазами. Она пахла морозом с улицы, но я тут же отогнала эту мысль, потому что запахи больше не хотела держать в памяти. Хотела держать факты.
— Это правда? — спросила она прямо мне в плечо. — Папа с Кристиной?
— Правда.
Аня отстранилась. Лицо у неё стало жёстким, почти чужим.
— Она младше меня на год, мам. На год.
Я молчала. На это не было ответа.
Сёма вышел из комнаты и встал в дверях. Аня увидела брата, подошла к нему и обняла так крепко, что он сначала растерялся, а потом уткнулся ей в плечо.
— Я его ненавижу, — сказал он глухо.
— Не надо сейчас ничего решать, — ответила Аня. — Сейчас надо держаться за маму.
И от этих простых слов я чуть не села на пол. Не от слабости, а от того, что дети вдруг оказались рядом со мной не маленькими и растерянными, а живыми людьми, которым тоже больно. Андрей предал не только меня. Он ударил по ним обоим.
Телефон зазвонил почти сразу. Андрей.
Я включила громкую связь.
— Слушаю.
— Зачем к тебе приехала Аня? — спросил он без приветствия.
Дочь шагнула ближе к столу.
— Сама приехала. Узнала, что мой отец спит с девицей моего возраста.
На той стороне повисла пауза.
— Анна, следи за словами.
— Ты бы за поступками следил.
— Не вмешивайся во взрослые дела.
— Поздно. Ты уже вмешал туда всю семью.
Он выдохнул в трубку. Я знала этот выдох. Так Андрей дышал, когда считал собеседника глупым, но вынужден был терпеть.
— Валерия, завтра в десять ко мне придёт капитан Грачёв. Он привезёт пакет документов. Подпишешь получение копий, и мы спокойно всё обсудим.
— Что за документы?
— Не устраивай допрос. Подпишешь только получение.
— Пусть оставит пакет у консьержа. Ничего при нём подписывать я не буду.
Голос у Андрея стал ниже.
— Ты очень быстро учишься.
— Просто перестала быть удобной.
Он сбросил вызов.
Утром капитан Грачёв пришёл ровно в десять. Молодой, худой, с виноватыми глазами. Он служил капитаном и помощником у Андрея и всегда здоровался со мной почти по-семейному. Сегодня смотрел в пол.
— Валерия Михайловна, Андрей Викторович просил передать.
Он протянул плотный конверт. Я вскрыла его при Марине и Ольге Сергеевне, которые специально пришли к назначенному времени.
Внутри лежали не копии.
Первым шёл лист с заголовком: заявление об отсутствии имущественных претензий. Вторым — согласие на снятие с регистрационного учёта после расторжения брака. Третьим — проект соглашения, где мне предлагалась смешная сумма, меньше стоимости ремонта кухни, а квартира полностью оставалась Андрею.
Внизу каждого листа была тонкая полоска для подписи.
Я подняла глаза на Грачёва.
— Вы знали, что несёте?
Он покраснел.
— Мне сказали, что это для ознакомления.
— Для ознакомления документы не привозят с местом под подпись и свидетелем в форме.
Ольга Сергеевна взяла листы, быстро пролистала и присвистнула.
— А вот это уже интересно. Дата на проекте стоит позавчерашняя. Значит, готовили до вашего разговора вчера, Лера.
Мне стало холодно внутри. Не от страха. От понимания. Андрей не сорвался. Не запутался. Не попался случайно. Он заранее готовил мой выход из своей жизни. Тихий, удобный, с моей подписью внизу.
Я сфотографировала каждый лист.