Каин смотрел на меня так странно. Так, что становилось не по себе. Его глаза скользили по моему лицу, шее, ниже, и в них плескалось что-то тёмное. Всё же он немного изменился, смотрел на мою шею странным взглядом, и я опустила голову вниз и поняла, в чём причина. Ворот у этой футболки был очень широким и оголял плечо.
— Пока твоё пробуждение не завершится, ты будешь приходить на учёбу только под присмотром, — отрезал он, и в голосе прозвучала сталь. — Потому что если другой альфа почует твой запах, он может сорваться.
— Я не могу ходить с тобой везде, — возразила я, чувствуя, как нарастает паника. — У меня учёба. Подработка. Я не могу просто бросить всё.
— Фиоре, не думай слишком много. Мои люди будут ходить с тобой, — отрезал он.
Он встал с кровати и подошёл к окну, глядя в темноту за стеклом. Его силуэт вырисовывался в полумраке, мощный, угрожающий, и от одного вида мурашки побежали по коже.
— Отдыхай, — бросил он через плечо. — Завтра поедем в университет. Вместе.
И вышел из комнаты, закрыв дверь.
Глава 32. Торт
Прошло несколько недель с того момента, как я очнулась в квартире Каина, и всё это время, как он и обещал, на учёбу меня сопровождали его люди.
Они были незаметными. Словно тени, растворяющиеся в толпе студентов, и я даже не всегда могла их разглядеть, хотя знала, что они где-то рядом, потому что Каин никогда не оставлял меня без присмотра.
А ещё, что было странно, в нашу группу перевелось несколько новых альф. Они выглядели достаточно молодыми. Лет по двадцать, не больше, но по ним, как мне казалось, чувствовалась разрушительная энергетика.
Жёсткая, давящая, из-за чего хотелось держаться от них подальше, хотя они и вели себя вполне прилично, не пытаясь со мной заговорить.
Когда я вернулась на обучение, про меня не было совершенно никаких слухов. Словно ничего не произошло. Вообще. И это меня радовало, потому что я не хотела привлекать к себе лишнего внимания. Но вот про преподавателя..
Сглотнув и опуская взгляд в пол, я вспомнила, как по институту поползли слухи о том, что его тело нашли на мосту. Подвешенным за ноги. С неприлично вырезанной фразой на животе. И с отсутствием некоторых частей тела.
Это было ужасно, и когда я услышала эти разговоры в коридоре, меня затрясло так, что пришлось прислониться спиной к стене и закрыть глаза, пытаясь отогнать картинки из памяти.
Говорили, что он больше был похож на месиво, а не на человека. Начали всплывать факты о том, как он принуждал омег к близости, шантажировал их, покупал фотографии с камер в раздевалке. Это было просто ужасно, и я была уверена, что лучше бы его отправили в тюрьму в нижнем городе. Он заслужил это. Но Каин распорядился иначе. И мне было страшно от того, что он на такое способен. Все же о нем ходили слухи и хуже..
Кисе вернулась на обучение чуть раньше меня и была сильно расстроена тем, что мы теперь живём в разных местах. Она не понимала, почему я не могу вернуться в общежитие, и мне пришлось врать ей, что снимаю квартиру с какой-то дальней родственницей, которая приехала из другого города и нуждается в компании.
Кисе, кажется, поверила, хотя смотрела на меня подозрительно, словно чувствовала, что я что-то скрываю. Также мне пришлось соврать ей, что я болела этих несколько дней и она, вздохнув, обняла меня и сказала, что скучала. И я на самом деле по ней очень скучала.
И она, как истинная любительница слухов, конечно же, сразу же рассказала мне о том, что по институту поползли слухи о том, что у Каина появилась девушка.
— Представляешь? — шептала она мне на ухо, прижимаясь и оглядываясь по сторонам, словно боялась, что кто-то подслушает. — Никто не знает, как она выглядит, но все говорят о том, что она точно из этого института! Может быть, это даже кто-то из нашей группы!
От её слов по спине прошёл холодок, и я сглотнула, стараясь не выдать себя. Кисе не заметила моей реакции, потому что уже продолжала тараторить о том, что фанклуб Каина очень сильно был взбудоражен этим, и девочки буквально с ума сходили, пытаясь выяснить, кто же эта таинственная девушка. Некоторые даже начали следить за Каином, надеясь увидеть её, но, кажется, безуспешно, потому что он был слишком осторожен.
Наши же с ним отношения так и остались на том уровне, на котором были, разве что.. Он стал чаще брать меня за руку.
Не сказать, что это сильно влияло на меня, хотя, наверное, я сейчас обманывала саму себя, потому что первые разы я вздрагивала и отшатывалась от него, дёргая рукой и пытаясь вырваться.
Это заставляло его хмуриться, и в его глазах что-то темнело, но он не отпускал. Просто сжимал мою ладонь крепче, переплетая наши пальцы, и вёл меня за собой, словно я была его собственностью, которую он не собирался отпускать ни при каких обстоятельствах.
Спали мы тоже в одной комнате. На одной кровати, как бы я ни старалась уговорить его разрешить мне спать на диване в гостиной или хотя бы в другой комнате. Он категорически был против.