Красивый. Грешный. Безжалостный Страница 2 из 120
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 2 из 120

Струйка оборвалась, зеркало показало моё лицо без защитного слоя мельтешащих бликов. Бледная кожа, глаза чуть расширены, губы покусаны. Если бы я увидела такое лицо у одногруппницы, решила бы, что она идёт сдавать последний экзамен своей жизни, а не получила метку о которой многие мечтают всю жизнь.

Я глубоко вдохнула и выдохнула. Ещё раз. И ещё. Метка никуда не делась.Ну почему черт меня подери она никуда не делась?Жар никуда не ушёл. Значит, это не глюк мозга, не сон, не последствия энергетика.

Это реально.

Я опустила рукав, пряча розу. Тонкая ткань кофты почти не скрывала её очертания для меня самой, но со стороны, надеюсь, было просто пятно, не больше. Рука дрожала, но я заставила себя выпрямиться.

Дверь туалета скрипнула, когда я толкнула её плечом.

В коридоре меня уже ждала Кисе . Мой личный громоотвод и источник замечаний обо мне же. Моя лучшая подруга. Она опиралась на стену, скрестив руки на груди, её идеально уложенные волосы блестели в тусклом свете. Чёрная юбка, белая блузка, лёгкий аромат дорогих духов. Как рекламный плакат «идеальная омега».

— Юна, ну ты чего застряла? — она подалась вперёд, сузив глаза. — Тебя что, туалетный джин за зад ухватил и пригрозил откусить последние остатки былого величия, что ты там так долго копалась?

Я поморщилась. Вот за это я её и.. любила? Кисе не могла пройти мимо темы моего веса. Никогда. Для неё я навсегда осталась пухлой Юной с первого курса, хоть сейчас я уже давно не была похожа на дирижабль.

— Кис, давай не сейчас, — выдохнула я, нервно дёрнув рукав выше, будто так можно спрятать не только розу, но и проблему в целом.

Она приподняла бровь, но промолчала. На секунду её взгляд скользнул по моей руке, и сердце у меня ухнуло вниз. Но Кисе лишь фыркнула, махнув рукой.

— Ладно, потом обсудим твои тайные туалетные ритуалы. Пошли, пока Лина не устроила нам массовую казнь с распятием и унижениями публично и лично.

Мы сорвались с места почти одновременно. По коридору тянуло смесью дешёвого кофе, бумаги и чужих дезодорантов. Студенты сновали туда‑сюда, кто‑то тащил целую стопку папок, кто‑то стоял прижатым к стене, отрабатывая речь перед зачётом.

Лина, староста омежьего комитета, могла устроить выговор за опоздание так, что лучше бы тебя отчислили сразу. Она была помешана на порядке и собственном «я», а тех, кто нарушал её тщательно выстроенный график, ненавидела почти физически.

Злить Лину мне не хотелось совсем.

Кисе, естественно, не разделяла моего страха.

— Кто последний, тот слепой хорёк и моет в комнате пол неделю! — выкрикнула она и смачно шлёпнула меня по ноге, отталкивая вбок.

— Да чтоб ты споткнулась, — выдохнула я, но всё равно побежала за ней.

Она рванула вперёд, юбка мелькнула в поле зрения и почти сразу исчезла. Я слышала её смех. Звонкий, дерзкий, — а потом он резко оборвался. Я не успела даже подумать, что это странно, как всё случилось.

Кисе резко притормозила у выхода с нашего крыла и юркнула в нишу возле двери. Я не заметила этого сразу. Я была слишком занята тем, чтобы не упасть, не врезаться в кого‑нибудь и не выронить папку с черновиками.

А потом я влетела.

Во что‑то твёрдое. Горячее. Неподвижное, как бетонная стена, но точно не стена.

Удар был такой силы, что у меня выбило воздух из груди. Папка едва не выскользнула из рук. Я уже видела в голове, как лечу назад и шмякаюсь на пол, высвободив при этом ещё и не самое цензурное выражение.

Но падения не произошло.

Чья‑то рука, крупная и сильная резко обхватила меня удерживая на месте. Пальцы легко сомкнулись на моей талии , будто я ничего не весила. Тело, к которому я прижалась, было горячим, плотным и пугающе устойчивым.

— Ой! Простите, я не хотела! — залепетала поднимая глаза.

Мир сузился до этой точки контакта — горячей ладони на моей талии и шока, скатившегося по нервам острыми мурашками.

И встретилась взглядом с серыми, как грозовое небо, глазами.

Он был сильно выше меня. Чёткие скулы, прямой нос, губы, сжатые в тонкую линию. Белые волосы. Лицо мрачное, а взгляд режет ножом, и уже заранее понятно, что любое его слово будет звучать, как приговор.

Но дело было даже не в этом.

Дело было в том, как на меня посмотрели.

Не как на девчонку, влетевшую на полном ходу. Не как на неловкую студентку. В этом взгляде была короткая оценка, холодный интерес и что‑то ещё, чему мой мозг категорически отказывался подбирать название.

Я вдохнула.

Запах накрыл с головой.

Дорогой табак, терпкий, чуть сладковатый. Что‑то древесное, глубоко пряное, с тяжёлой тенью в основе. И под всем этим была хищная, чистая нота силы, которую ни с чем не перепутаешь.

Альфа.

Слово вспыхнуло в голове само. Не нужно было никакого анализа. Это чувствовалось кожей, костями, каждой клеткой. Воздух вокруг него будто стал плотнее, тяжелее.