Бывшая кавказца. Верну в свой грешный мир Страница 28 из 31
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 28 из 31

Мне мало. Хочется гарантий, клятв, обещаний. Но я понимаю, что он не тот, кто раздает обещания налево и направо. Он просто делает.

- Я хочу съездить к маме, - говорю тихо. - После всего… мне нужно с ней поговорить. Объяснить. Просто… передышка.

Он молчит секунду. Потом усмехается.

- К маме? Хорошо. Я кстати положил асфальт к ее дому. Чтобы она не жаловалась, что дороги разбитые...

Я смотрю на него, раскрыв рот.

- Ты… что?

- Асфальт. К дому твоей матери. - Он пожимает плечами, как будто это мелочь. – Там у вас дорогая разбитая всмятку. По госпрограмме ремонт только через два года… Вот, решил проблему.

- Когда? - я не верю. - Мы же были на Мальдивах.

- Бригада работает, - усмехается он. - Я отдал распоряжение еще до отъезда.

Я молчу. В голове не укладывается.

- Рустам…

- Не благодари, - перебивает он. - Это мелочь.

Мелочь. Для него мелочь. Для меня - знак.

Я прижимаюсь к нему, прячу лицо у него на груди. И думаю: может, все будет хорошо?

Глава 18

Дорога и правда новая - ровная, черная, как смоль. Мама встречат прямо у подъезда, всплескивает руками.

- Алина! Доченька! - обнимает, целует, гладит по голове. - А я уж думала, когда ты приедешь! Худая какая! Кормили тебя там? Кормили? А я пирогов напекла, с капустой, как ты любишь…

Я захожу в дом. Все по-старому: та же мебель, те же занавески, тот же запах. И мама - родная, суетливая, встревоженная.

- Мам, - говорю я, когда мы садимся на кухне. - Ты… ну как тут?

- Хорошо, - она ставит чайник. - Даже очень. Ты представляешь, дорогу заасфальтировали! Прямо к дому! Говорят, по распоряжению какого-то депутата. А может, и не депутата, а просто добрых людей. Но так приятно!

Я улыбаюсь. Не говорю, кто это сделал. Потом скажу, позже.

- А Пашка где?

- Да на работе он, - машет рукой. - Устроился нормально, в охрану.

Я киваю. Это я знаю.

Паша приходит вечером. Обычный, улыбчивый, только в глазах - взрослая серьезность.

- Сестренка! - обнимает. - Рад, что ты приехала. А я тут… ну, норм все.

Мы сидим втроем, пьем чай с пирогами. Я почти забываю о тревоге. Думаю о нем все время. Он в Москву улетел в эти дни. Съезд какой-то партийный. Не хочу думать, что у него там в Москве, но мне кажется, он в том числе и точки поехал поставить во всех своих историях с другими…

Мама уходит спать. Остаюсь с Пашкой… Нам нужно обсудить случившееся… Он первым начинает. Словно бы оправдывается.

- Странно все с той историей вышло. Гарипов вдруг так легко отступил. Как будто ему сверху приказали. А кто в городе может приказать Гарипову? Только Юсупов…

Я замираю. Чайник в моей руке застывает на полпути.

- Что ты имеешь в виду?

- Ну, - Паша пожимает плечами, - Гарипов - человек серьезный, просто так дела не разваливает. А тут - раз - и нет претензий. Будто кто-то сверху нажал. Я и подумал: может, твой Юсупов специально все подстроил? Чтобы ты к нему пришла? Я у ребят поспрашал. Они с этим Гариповым не враги, а наоборот, даже бизнес общий имеется…

В голове взрывается бомба.

Специально. Подстроил.

Вспышка - его лицо, когда я пришла к нему. Спокойное, уверенное, как будто он знал, что я появлюсь. Как будто ждал…

Почему я об этом сразу не подумала?

Я не слышу, что дальше говорит Паша. В ушах шумит кровь.

- Алина, ты чего? - мама трогает меня за руку.

- Ничего, - встаю. - Мне нужно… я сейчас.

Выхожу на балкон. Даже с третьего этажа свежий асфальт пахнет химией. Я смотрю на эту ровную дорогу и чувствую, как внутри закипает ярость…

Он использовал моего брата. Подставил его, чтобы я приползла к нему на коленях. Чтобы купить меня. Сделать своей вещью.

Как раз перед своим юбилеем… Подарок себе сделал…

А я - дура - поверила в сказку. В любовь. В нежность.

Семь дней рая - цена крови моего брата?

Нет…

Я хватаю телефон. Набираю его номер.

- Алина? - голос спокойный, даже ласковый.

- Ты подстроил все? - выдыхаю я. - Историю с братом? Чтобы я пришла к тебе?

Пауза. Секундная, но я ее слышу.

- Алина, давай поговорим при встрече. Это не так…

- Значит, подстроил! - кричу я. - Я думала, ты изменился! А ты все тот же! Методы бандитские, рекетирские! Использовать моего брата, чтобы меня поработить!

- Алина, послушай…

- Нет, это ты послушай! - слезы душат, голос срывается. - Если ты мужчина, ты больше никогда не будешь использовать мою семью для своих низких целей! Я не вернусь! Слышишь? Не вернусь! Это… низко!

Я бросаю трубку. Выключаю телефон.

Дышу глубоко, как рыба, выброшенная на берег.

Он не перезванивает. Не пишет. Не приезжает.

Опять не догоняет.

Закрыл гештальт - и был таков…

Я собираю вещи. Вернее, разбираю чемодан, который даже не разобрала. Мама заходит в комнату.

- Алина, что случилось? Ты какая-то…