Как раз до того момента, как повзрослевшие близняшки не придут требовать наследство и не начнут открыто посылать дядю куда подальше с его командным голосом и генеральским прошлым.
Я даже не знала, что меня больше злит: что у малышни отсутствовали сразу оба родителя или тот факт, что мое место могла занять Малена?
Я устала злобно пыхтеть. Пришлось перейти на раздраженное сопение.
— И фамильяра я тоже не хотела красть, — обиженно добавила я. — И детей не похищала.
— Просто мы все дружно залезли к тебе в душу, — тихо произнес дракон. — И теперь отказываемся покидать это волшебное место…
Его голос был не громче шепота. Теперь я знала, что дракон стоит прямо за моей спиной. Внезапно стало холодно, будто меня выгнали на крещенские морозы на улицу. И это не было плодом моей фантазии. Я буквально чувствовала, как леденеют пальцы на ногах, как теряется чувствительность рук.
Пришлось схватиться за каминную полку, чтобы не упасть. С моей больной ногой удерживать равновесие оказалось той еще задачкой.
Хорошо, что Рид мне не доверял. Его руки привычно легли на талию, утягивая меня в сторону, к крепкому мужскому телу.
Я с наслаждением выдохнула. Лед, сковывающий мое тело, начал понемногу отступать в тех местах, где наши тела соприкасались. Я уже знала, чем это чревато.
— Отойди, — просипела я.
И прижалась к мужу еще теснее. Меня трясло. Замерзшими пальцами я вцепилась в широкие плечи дракона, чтобы больше ни за что их не отпускать.
Ведь как можно отказаться от единственного источника тепла в ледяной пустыни? В этот момент Рид был моей жизнью, моим воздухом, моим солнцем.
Дракон вжал меня в стену. Он шумно выдохнул, зарываясь носом в волосы, и принялся что-то нашептывать. Должно быть, вспоминал рецепты лучших успокоительных отваров.
— Опять, — простонала я.
— Ты вся ледяная, — ответил дракон.
Он прижал ладонь к моей щеке, даря живительное тепло. Я потерлась о нее в попытке хоть как-то побороть мучившую меня лихорадку. На сей раз она была особенно мерзкой и ледяной.
Мое тело стремительно теряло чувствительность, а вместе с ней и возможность двигаться. Холод сковывал мышцы, не позволял управлять собой. Я безвольно обмякла в руках Рида.
У меня не было возможности притянуть его ближе, я не могла его поцеловать. Это немного радовало. Мне хотелось его касаться, но моя озабоченность внешне никак не проявлялась.
Я могла бы наморгать дракону морзянкой, что хочу целоваться, но он не смог бы расшифровать послание. Поэтому мне оставалось лишь смотреть в его льдистые серые глаза, лишенные всяких эмоций.
— Это не выброс, — выдохнул Рид и наконец коснулся моих губ своими.
Я позорно упала в обморок.
Глава 45
Глава 45
Меня это начинало раздражать. Никогда в жизни не была настолько чувствительной барышней, а тут перед каждым поцелуем — облом!
Хорошо, что страдала от этого не только я. Дракону тоже не нравилось мое состояние. Хотя, надо признать, льдышка с завидным удовольствием таскал меня на руках. Иначе как объяснить очередное пробуждение в его объятиях по дороге… куда-то.
— Имей совесть, — пробубнила я ему в шею. — Дай поспать.
Рид вежливо проглотил свое недовольство и сгрузил меня на диванчик. Я осмотрелась. Мы находились очень близко к главному входу в замок. Здесь стало уютнее из-за огня в камине и уютных штор в восточный огурец, но по полу все равно гулял сквозняк.
И зачем дракон меня сюда притащил? И почему смотрит так странно, с укором?
— Ви’Тория.
Ого. Да у меня проблемы! Обычно Риордан использует отвратительные сокращения моего имени, и только если его серьезно что-то выбесит, обращается так. Все равно безбожно коверкает, конечно…
— Риордан, — парировала я.
— Ви’Тория!
— Ледышка! — Я не выдержала аристократического противостояния и все же показала дракону язык. — В чем дело?
— Ты перестала дышать.
Я помолчала, переваривая эту информацию. Хотелось робко предположить, что это от восторга у меня дыхание сперло, но дракон вряд ли бы оценил шутку. Он вообще весь словно заиндевел.
Сейчас я бы даже не рискнула к нему прикасаться. Белоснежные волосы ослепляли. По рукам дракона шла светлая дымка, будто кто-то прижигал его азотом.
— Я случайно? — попробовала извиниться я. — Больше так не буду?
— Что-то мешает нам, — обрубил дракон. — И я намерен убрать эту помеху.
Я скромно промолчала, что мешал нам мой скверный характер, а закапывать меня под вишнями не выход. Рид начал мерять шагами комнату. Если бы начал при этом активно жестикулировать, я бы испугалась, что мы с ним поменялись ролями. К счастью, нервничал дракон по-генеральски: тихо, сурово, заложив руки за спину.
— Магия хочет объединиться, — предположила я. — Все наши всплески удалось подавить… довольно интересным способом. Вселенная как-будто намекает, что пора бы консумировать брак.