Случайный папа Страница 59 из 123
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 59 из 123

Так, татуировка в этом не помогает. А в чем же причина? У него ничего общего с пауком. Придирчиво рассматриваю бороду. И тут же отметаю эту версию: байкеры там через одного мохнатые, но клички-то у них совершенно другие! Фигура? В порядке фигура. И широкие плечи, которые обтягивает футболка, и торс, и рельефный пресс, и…

Салон авто наполняется сдавленным смехом и комментарием:

– Холодно.

Я тут же поднимаю взгляд вверх. Может, кому-то и холодно, а я бы так не сказала. Жарковато сегодня, да.

– Сдаюсь!

Но Лука качает головой.

– Я в тебя верю. Во времени я тебя не ограничиваю, так что можешь подумать.

– Надеюсь, ты знаешь, что такое бесконечность, – кошусь на него, – и она тебя не пугает.

Он вновь усмехается. Ну и правда, ему-то чего бояться, если от любопытства мучаюсь я?

И тут меня осеняет!

Достав телефон, бросаю взгляд на Луку: занят дорогой. А я быстро печатаю сообщение:

"Есть шанс расплатиться за слоечки".

"Я всегда за справедливость! – пишет Студент. – Слоечки обалденные. Запиши их на счет моего любимого брата".

Вот же... жук!

"Не нужно таких финансовых жертв, – пишу я. – Просто скажи, почему Луку называют Пауком?"

Я вижу, как он набирает ответ.

Останавливается.

А потом на экране высвечивается:

"Я бы тебе рассказал в деталях, но тебе уже не поможет".

"Почему это?!"

"А-а, еще трепыхаешься? Ну, давай, давай, покажи свой характер. Порви его паутину".

"А паутина-то где? – бросаю взгляд на Луку. – Пока я вижу только один вариант – как в сказке про Старика Хоттабыча, выдернуть из его бороды три волоска".

Сообщение от Егора состоит из одних ржущих смайликов.

А потом, наверное, когда он уже отсмеялся, печатает:

"Я бы даже слоечки бросил и приехал на это взглянуть".

"Так почему Паук-то?"

"Потому что хорошие и понятные клички уже разобрали. Но нужно же было его как-то различать из массы бородачей».

«А что, его можно не различить?»

«Ну вот, паутинку он четко сплел. Все как я и сказал: предупреждать тебя уже поздно. Все, не отвлекай меня пока по безнадежным вопросам. Я занят. Ем бесподобные слоечки».

Ах вот как?!

«Собиралась печь завтра беляши, но знаешь… трепыхалась тут, трепыхалась в невидимой паутине и вдруг поняла, что меня укачало. Так что я передумала».

Улыбнувшись, прячу телефон в сумочку. И вовремя, потому что Лука останавливает машину и объявляет:

– Приехали!

Глава 25

Наталья

Я слышу, как пищит телефон от входящих сообщений, но реагировать на них некогда. Пусть помучается хоть немного, как я.

Осмотревшись, замечаю неподалеку остановку. Это хорошо. И район хороший – добраться можно без пересадки, на маршрутке минут сорок – сорок пять максимум.

Лавка находится в торце одного из домов. Не цокольное помещение, полноценный первый этаж. Расположение удачное – и потому, что это новострой, и потому, что здесь довольно много проходящих мимо людей, остановка опять же поблизости. А еще неподалеку от дома и, следовательно, от лавки тянется тенистая аллея. И вот в самом начале этой аллеи стоит аккуратный маленький столик, за которым в кресле-качалке сидит какой-то старик.

Лицо морщинистое, суровое, из-под мохнатых бровей он строго взирает на двери лавки и проходящих мимо людей.

– У вас и на улице обслуживание? – заметив, что старик потягивает из соломинки какой-то напиток, спрашиваю я.

– Это эксклюзивный случай самообслуживания. Пойдем.

Он кладет руку мне на спину, указывая верное направление, как будто я могу заблудиться.

– Вот это вы хорошо отдохнули, Лука Матвеич, – подмигивает старик. – Уже не один, а со своей барышней.

Я жду, что сейчас Лука поправит его, но вместо этого он подходит к старику, пожимает ему руку и спрашивает:

– Ну как тут, Михалыч?

– Все в порядке, Лука Матвеич, – рапортует тот. – Как я и говорил, вам нечего попусту волноваться.

– Спасибо, – благодарит его Лука. И уже мне: – Идем смотреть?

Старик покладисто кивает, теряя к нам интерес. Его взгляд снова устремлен вдаль, на людей и природу.

– Я помощник, – говорю я.

– Дык понятно, – пожимает плечами старик, – друг другу помогать – дело благое.

Рука Луки вновь ложится на мою спину и мягко подталкивает к лавке. А я останавливаюсь у входа, рассматривая дверь. На ней нарисован огромный джинн с чашкой в руках. Хороший художник – джинн как живой, а дымок над чашкой как настоящий.

– А джинн – чтобы возникали ассоциации с восточной сказкой и чаем?