Внезапно мои воспоминания начали размываться, будто кто-то совместил красное кружево и синюю тюль. Чужие мысли и образы были холодными, как последние дни перед подключением отопления.

– Вот так и сходят с ума, – пробормотала, ощупывая своё лицо.

Оно было… не моим! Другие черты, волосы длинные, украшения изящные. А платье такое тяжёлое, будто в него зашили куски свинца.

– Леди! – продолжали надрываться снаружи. – Леди Драконар!

Из чужих воспоминаний, нахлынувших на меня, я уже знала, что это голос Пелли, доброй и работящей женщины, которая пришла в дом Драконаров служанкой, а теперь выросла до камеристки. Ещё она была верной (и единственной) подругой леди, чьи мысли сейчас вертелись в моей голове.

«Не моей, – поправила себя. – Это её голова».

Но где сама леди и почему я оказалась в её теле, было непонятно.

– Молю, отоприте! – рыдала Пелли.

– Сейчас, – я с трудом отодрала себя от жёсткой лавки и, держась за стенку, приблизилась к двери. Борясь с головокружением, отворила засов. – Не кричи, Пелли. Голова болит.

– Простите, леди, – шепнула она и проскользнула внутрь. Схватила меня за плечи: – Как вы похудели! Так и умереть недолго. Может, покушаете? Хотя бы чуточку?

– Только если совсем немного, – кивнула я, помня, как вредно объедаться после вынужденной голодовки. – Ещё нужно попить воды.

– Как же я рада, что вы передумали! Так боялась, что умрёте от голода!

Она хлопотала вокруг, подавая мне то воду, то куски лепёшки, по вкусу напоминающую рисовую, а я размышляла о том, что узнала о жизни леди Драконар. Муж десятки раз изменял ей, а она упрямо держалась за того, кто не мог удержать на месте штаны.

– Вот же дурочка! – в сердцах выпалила я.

– Простите, леди, – повинилась камеристка.

– Эта… То есть я – дура. Где договор, который нужно подписать?

Женщина застыла, изумлённо глядя на меня:

– Что? – помотала головой. – Нельзя, леди! Лорд вышвырнет вас из дома, а род Фениксель не примет брошенку. Вам некуда идти…

– Как некуда? – я прищурилась, выцепив из круговерти чужих воспоминаний одну дельную мысль, и посмотрела в глаза камеристки – А магазинчик, оставленный тебе почившим дядюшкой?

– Так дядя же был портным, – она заметно занервничала. – А я не умею шить. Вы же знаете…

– Зато я умею.

Я решительно поднялась и осторожно вышла из помещения, похожего на сарай.

Понятия не имею, что там напутали в небесной канцелярии, но мне выпал шанс пожить ещё немного. И я сделаю всё, что в моих силах, чтобы леди Драконар, вернувшись в это тело, поняла, что не в муже-потаскуне счастье.

Глава 4

Оказалось, что леди Драконар действительно заперлась в сарае, дверь которого вынести вместе с засовом мог любой здоровый мужчина. Лорду бы даже не потребовалось утруждаться, одним щелчком бы открыл! Вот только муж Серебрены не беспокоился о жене, а приятно проводил время с очередной любовницей.

Подняться на третий этаж, где находилась господская спальня, в платье, которое весило не меньше десяти килограмм, оказалось не так-то просто, но я переставляла ноги из чистого упрямства, и с каждой ступенькой ко мне приходило очередное чужое воспоминание.

Раз.

Серебрена вошла в кухонное помещение, а её благоверный взбивал сливки с молоденькой поварихой, которую только сегодня самолично принял на работу. Леди Драконар тихо спросила, что они делают, а я бы изменнику взбиватель узлом завязала!

Два.

Леди ночью показалось, что кто-то воет, и она спустилась посмотреть, что происходит в комнате служанки. Думала, добрая девушка привела в дом четвероногого друга, а оказалось, что она сама стояла на четвереньках.

Серебрена попросила быть тише, а я бы собаке женского пола шипастый ошейник потуже затянула, шипами внутрь!

Три…

Стоит ли говорить, что с каждой ступенькой моё раздражение росло? Этот лорд Драконар заслужил гореть в аду! Сколько раз он унижал свою безропотную супругу? А Серебрена тоже хороша! Как можно любить того, кто об тебя ноги вытирает?

Когда ступеньки закончились, я была готова окучить Талинра тяпкой! Выкорчевать его любилку с корнем! Но, выплеснув в лицо очередной подстилки лорда Драконара багровое вино, отрезвела от гнева:

«Какая мне разница? Это чужой мужчина и чужая жизнь».

Верно, ведь у меня была своя, подаренная свыше. И я не намерена тратить и минуты, ведь неизвестно, сколько времени ещё осталось. Швырнув договор, развернулась и направилась прочь.

У двери в покои меня встретили две женщины в простых платья, чепчиках и белоснежных передниках. Память Серебрены подсказала, что одна из служанок была какой-то там по счёту любовницей Талинра, поэтому ей до сих пор платили больше, чем второй.

– Леди Драконар, вам стоит удалиться к себе, – властно заявила она.

– Тебя не спросила, что мне делать! – огрызнулась я, и лицо девушки удивлённо вытянулось. Я кивнула второй: – Собери мои вещи и вызови наёмный экипаж.