Но в те годы король был не самый лучший, это я помню. Вся страна выдохнула, когда к власти пришёл наш нынешний. Он действительно думает о народе и пытается улучшить жизнь своих подданных. В отличие от прошлого. Того волновали только аристократы и богатые, влиятельные люди — настолько он боялся переворота. Вот те и расслабились.

Но ещё больше меня зацепило имя. Я видела уже в дневнике имя её обидчика, но первый раз бабуля его написала с именем рода. Достаточно влиятельного рода по тем временам, и сдувшегося сейчас. Редкое имя, которое носит всего три человека: действующий герцог, его малолетний сын и его пожилой отец. Который работает в нашей академии.

Я завернулась в одеяло, поёжилась. Эту фамилию я встретила в учебнике, когда писала доклад по истории. Ещё тогда удивилась совпадению с нашим преподавателем истории. Не сильно удивилась, выяснив, что он и есть их потомок. Но то, что он тот самый Карден, который пытался отравить бабулю… Мне не верилось. Разве он не должен быть злодеем? А от однокурсников я не слышала о нём ничего плохого! И не видела!

— Ты чего проснулась? — услышала я хриплый спросонья голос Залы.

— Я ещё не спала, — хмуро ответила, покосившись на соседку. Я не знала, насколько я могу ей доверить то, что узнала. Но мне нужны союзники. Одна я буду вечность искать способы снять это проклятие. Но сначала…

Сначала я схожу к магистру. Мне нужны ответы.

Отправиться к нему решила сразу после завтрака. Дира виновато на меня косилась, но ничего не говорила и в мысли не лезла. И я была ей очень благодарна. В душе царил полный раздрай. Мне хотелось сначала самой всё уложить по полочкам, и только потом разговаривать с пташкой.

До комнат преподавателей я добралась быстро. На завтраке его видела, разбудить не боялась. Да даже если бы и не видела, меня бы это не остановило. Его же не останавливало подкинуть сильнейший разрушающий яд невинному человеку?

Стоило мне занести руку над дверью, та открылась. Жизнерадостная улыбка пропала с лица, лоб прорезали глубокие складки, он даже будто сгорбился.

— Узнала обо всём? — хрипло спросил он, отступив в сторону и пригласив войти.

— Да.

Я переступила порог, окинула комнату быстрым взглядом. Ничего не говорило о том, что некогда он настолько купался в роскоши, что мог позволить себе отравить человека с ощущением полной безнаказанности.

— Я ждал, что ты придёшь, — магистр кивнул мне на единственный в комнате стул, сам отошёл к окну, бездумно глядя на кружащиеся в воздухе разноцветные листья. — Твоя бабушка сказала ждать.

— В смысле бабушка? — Из головы вылетели все вопросы и претензии, которые я хотела обрушить на его голову.

— Я приходил к ней. Пятьдесят два года назад.

— Зачем?

— Извиняться, — пожал он плечами. — Я не буду сейчас перед тобой оправдываться за свои действия во время учёбы. Всё, что хотел, я уже сказал ей.

— Она вас простила?

— Да. Даже проклятие сняла, — он невесело усмехнулся. — Но с академии не смогла.

— Почему?

— Ты читала устав академии? — ответил он вопросом.

Со скрипом я вспомнила, что мне его выдали у ректора, и я сразу его закинула подальше. Открывала ли я его? Разумеется, нет!

— Не читала, — усмехнулся он, всё поняв по моему сконфуженному виду. Я ждала лекций, но их не поступило. Вместо этого он продолжил: — Когда ученик исключается по причине нанесения тяжёлого вреда другому ученику, он больше не сможет переступить территорию академии. Это правило действует со времён постройки нашей академии. Исключений по такому нарушению было мало: всего девять за всё время. Твоя бабушка наложила на мой род сильное проклятие. Каждый член рода умирал мучительно, только меня не трогало. Она хотела, чтобы я смотрел и страдал.

— Не могу её за это винить, — резко ответила я, на миг забыв, что он мой преподаватель.

— Я тоже. Но исключили её в этот же день, свидетелей было много: она решила сделать это в столовой. Только позже стало известно, что этого она и добивалась, когда начало просыпаться её проклятие. Её бабушки на тот момент уже не было, ты тоже ещё не родилась. Пришлось мне и ещё нескольким преподавателям сюда переводиться, чтобы иметь возможность защищать невиновных учеников. Академия быстро потеряла статус, инвесторов уже не было, король тоже от нас отмахнулся.

— А новый король?

— Он начал выделять небольшое содержание, но его не хватало. Академия живёт на наши средства, всех учителей. Мы ждали тебя. Вот, — он достал толстую тетрадь с полки над столом, открыл страницу с загнутым уголком. — Мы с твоей бабушкой долго обсуждали, как снять это проклятие. Она хотела дождаться твоего совершеннолетия и привести сюда, но не получилось. Сочувствую твоему горю.