- Ты общался с сестрой? – наконец спросила я, чувствуя как слезы подкатывают к глазам.

- Нет – только и ответил он.

- Тогда как?

- Интернет Ника, в нем я, как рыба в воде.

- Ты сейчас все только усложняешь Макс.

- Ты думала, что мне все равно на тебя, что я не пытался тебя искать. А я говорю, что всегда знал где ты и с кем ты, так в чем же усложнение?

- Это не одно и тоже – уже кричала на него – Алина пришла ко мне с животом и я подумала, что это твой ребенок – слезы лились ручьем.

- Но она же сказала, что это не так.

- Так не сразу же. Я умирала эти дни понимаешь, умирала.

Горло начало першить от крика. Я топталась на месте как ума лишенная, не знала бежать мне или нет. А куда? Макс смотрел на меня все еще не понимающим взглядом. Он не понимал. Не поймет. Сердце колотилось, а тело тряслось как при температуре, скорее всего оно так и есть. От стресса, от переживаний. Я знаю. Так уже было.

- Ника? – голос Макса звучал тихо и нежно – Я люблю тебя.

Я не знаю на какое время я перестала дышать, но перестала. Не знаю сколько я стояла и ошарашено смотрела на него, прежде чем уйти наверх в свою комнату. Не знаю. Но оказавшись там, спустя какое то время, я... я улыбнулась... И впервые за пять лет, почувствовала себя счастливой.

- Что значит, ни чего не получилось? – верещала Алина в трубке. – Что ты ей сказал?

- Почти то же самое, что ты и говорила.

- Почти Макс? Что ты ей сказал чудовище?

- Я сказал, что люблю ее – ответил коротко и ясно.

- А она?

- Убежала.

– Убежала?

- У тебя плохая связь в палате? Постоянно переспрашиваешь.

- Все у меня в палате хорошо благодаря тебе – не забыла упомянуть подруга. – Я просто не могу понять, что у вас там происходит. Ты должен быть нежным, внимательным, извиниться, признаться в любви, а на утро приготовить завтрак в постель. Все было так Макс?

- Да – ответил я – Почти.

Визг Алины в трубке заложил мне ухо, а после послышался плач младенца, который через какое то время затих, сменив этот неприятный звук еще более отвратительным, чавканьем.

- Что у тебя там происходит? – наконец то спросил я.

- Ты в моей жизни происходишь, – рявкнула девушка и зашипела – Ты знал, что кормить грудью ужасно больно?

- Читал об этом и рассказывал тебе. Соски трескаются....

- Так – перебила меня та – от темы не уходи, мне нужны подробности, что бы я знала как исправить всю ситуацию.

- Алина – протянул имя подруги – Давай я все таки сам, ценю всю твою заботу, но уверен, что и сам способен с этим справится, к меня есть план.

- Ну хорошо, только потом не беги ко мне жаловаться и просить помощи.

- Когда такое было?

- Вот именно, и не надо начинать – усмехнулась подруга и бросила трубку.

Хожу из стороны в сторону по своей комнате, пытаясь придумать, как отсюда сбежать. Около часа назад я приняла решение уехать, но определить, где именно я нахожусь, чтобы вызвать такси, у меня не получилось.

Интернет работал, но каждый раз геолокация выдавала мне случайные места моего расположения. И я уверена, что к этому, приложил руку Максим.

Телефонный звонок вырвал меня из собственных мыслей и я тут же схватила его и ответила.

- Ты даже не представляешь, как я рада тебя слышать, – чуть ли не пропела в трубку другу – Как ты? Как офис?

- Все в порядке – сказал он, все так же весело как и всегда. – Ты то как? Отрываешься я надеюсь.

- Ага, как бы ни так. Алина родила в тот день как мы приехали, а я представь, застала весь этот ужас. Никогда, слышишь, никогда не позволяй мне захотеть родить ребенка.

- Дети цветы жизни – усмехнулся тот.

- Ты как будто не удивлен.

- Алина сообщила Тане, та рассказала все мне.

- И ни чего то от нее не скроешь

- Ну, не дуйся, ты ж ее знаешь

- Знаю – еле слышно сказала я – Как дело Громова?

- Отлично, суд прошел безупречно. Как у вас дела с тем парнем?

- Как суд прошел? Почему я об этом узнаю только сейчас? – спросила я, запинаясь буквально на каждом слове.

- Это же мое дело, и я теперь за главного вместо тебя. Ты померилась с Максом?

- Дим, тебе не кажется, что я должна быть вкурсе такого громкого и важного дела для нашей компании?

- Эй, я сделал все что было в моих силах, – наигранно произнес тот - но дело проиграл. Громов сел, и очень надолго. Так вы помирились?