— Боюсь, даже вам, с вашим оптимизмом, жизнерадостностью и обаянием не под силу будет уговорить дворцовую стражу пропустить прелестную незнакомку, которую во дворце совсем не ждут, — заметил он.

Но весельчак затряс кудрявой головой.

— Да причем тут обаяние, — на удивление трезво ответил он. — Просто я не один приглашен же. Кузина моя, Мэри-Энн, — он полез за пазуху, и из внутреннего кармана раздобыл немного помятый конверт. — Сказала, что нипочем не поедет в гости к рыжей невесте принца. Так что пригласительный билет для вас у нас есть!

Но эльф — все ж это племя зануд! — все равно скептически покачал головой.

— Ваш оптимизм из служанки, пусть и молоденькой, и хорошенькой, — он вежливо склонил голову передо мной, — не сделает эльфийку.

— О, а это уже мои заботы! — обрадованно воскликнула я. — И если вы не шутите и не передумаете…

— Да ничуть не шучу! — горячо ответил молодой человек. Он вынул из конверта пригласительный билет своей кузины и церемонно протянул его мне. — И не передумаю. Да и чем мы рискуем? Совершенно ничем.

— А если подлог обнаружат? — не унимался черноволосый эльф. — Вас обоих выдворят из замка.

Весельчак насмешливо фыркнул.

— Тоже мне, проблема! Ну, и вернемся сюда и проведем время не хуже, ей-богу! Но если вы не выдадите нас, то, думаю, никто ничего и не заподозрит.

Эльф только мотнул головой.

— Я не выдам, — твердо ответил он. — Мне и самому интересно, удастся ли эта авантюра, поэтому я только поддержу. Очень хочется чувствовать, что хотя бы немного, но удалось нарушить уверенность этой рыжей, что она может все контролировать…

И эльф как-то многозначительно улыбнулся, глядя мне в глаза. Словно знал что-то.

Но о своих догадках он промолчал, ничего не сказал.

— Так что пригласительный и наша поддержка ваша! — весельчак мне галантно поклонился и вручил пригласительный.

Я с благодарностью взяла у него конверт с письмом.

Билет был выписан на имя Мэри-Энн, одной из дев семьи Лунного Света. А, так вот что за странная тяга ко всему серебряному! Что ж, запомню свое новое имя…

— Карл! — позвала я, замирая от восторга. — А ну-ка, сбегай к парикмахерше, спроси, когда она будет свободна!

***

Что ж, пришло время обратиться к волшебному шкафу словно к орешку для Золушки.

Преображение, которое я задумала, должно было быть поистине невероятным, чтобы меня не узнала Катарина!

— Если я накрашу лицо, подведу глаза блестящими серебряными тенями, — размышляла я, — а волосы уложу в невероятную прическу, то…

— Будет шанс, что тебя не узнают, — продолжил за меня Карл. — А платье?

— Ох, платье… — я схватилась за голову. — Портниха не успеет сшить мне приличествующий наряд за пару дней, даже если исколет все пальцы! Надо было подумать об этом раньше!

— Да как же подумаешь, — проворчал Карл, почесывая лохматую макушку, — если эти двое стариков тут толклись все время?

— Ах, что ж делать…

— Знаешь что? — сказал Карл. — Давай ты сходишь к парикмахерше, пусть она тебе волосы причешет красиво. А я пока поспрашиваю у этого веселого гостя, в чем щеголяют его кузины на приемах. И попытаюсь выпросить это у шкафа!

— А если не получится? А если просто… просто испортишь попытку получить что-то дельное?

— Но другого выхода у нас нет. А так… это шанс! И надо его использовать.

Я у шкафа получила кучу косметики, вся брендовая, только что с витрины. То-то удивится госпожа парикмахерша, когда я предложу ей воспользоваться лаком для волос с блестками!

Среди прочего была и краска для волос.

Волосы у меня были тяжелые, густые, светлые, желтоватого оттенка.

Я же хотела выкрасить их в пепельный блонд, приличествующий девице из семьи Лунного Света.

Да, немного жаль, но в целом цвет должен был получиться красивым.

И покраской волос я занялась дома, пока поварята допекали праздничный торт и покрывали его сливочным кремом.

Самое трудное было как следует распределить краску по всей длине волос, а потом смыть ее. Помогающий мне Карл принес три ведра воды, чтоб я прополоскала осветленные, с холодным голубоватым отливом, пряди.

— Вот это чудо так чудо! — восхитился Карл, когда я, наконец, справилась с волосами, высушила их и причесала. — Такой магии я не видывал и не слыхивал, чтоб так быстро изменить цвет волос! Нипочем бы тебя не узнал!

— Надеюсь, и Катарина не узнает, — сплетая волосы в косу и пряча их под чепцом, ответила я. — Ну, я к парикмахерше!

— А я попробую наколдовать тебе самое красивое платьев королевстве! — горячо пообещал Карл.

Прижимая к себе корзинку с косметикой, накрытой белым полотенцем, я крадучись пробралась по саду и поспешила со всех ног в дом парикмахерши.

Увидев меня на пороге, она только руками всплеснула.

— И вас пригласили во дворец?! — воскликнула она. — Вот это честь!