Ясно. «Ой, мамочки», «Ой, девочки», а золотому дракончику придется все делать самому. А почему, собственно, самому? Даже в легенде мир спасали три драконессы.

«Спасибо, привели, - буркнула я. – А теперь все за мной!»

Я шагала к новой загадке, скрытой в древнем храме. Странная тревога не давала покоя. Изменилась не только моя чешуя, а как-то неуловимо изменилось абсолютно все: руны, смысл которых я теперь отлично понимала, магия подруг, я ее видела, ощущала и вполне могла оценить резерв. Вот только не сразу поняла, почему ощущаю столь сильное волнение, словно очень скоро произойдет что-то нехорошее, зловещее, непоправимое.

Только прикрыв глаза, я поняла, что вызывало это странное предчувствие. Сюда летели драконы: ледяные… огненные… Они летели сюда все. Магическая паутина, натянутая над ущельем мерцала, словно поджидая жертвы. Впрочем, так оно и было на самом деле.

Энджей… Дарк… Рунар… Драконьи боги! Им всем грозила опасность! Нет, им всем грозила смерть!

«Сюда летят драконы, - выдохнула я. – Нужно спешить!».

Мы зашагали быстрее, потому что впереди находилось то, что могло спасти нас, прекратить вражду, разрушить завесу. И это что-то могли взять лишь мы – три дракончика: зеленый, алый и… золотой. Да, я все еще не могла в это поверить, но чувствовала – мой цвет принесет счастье и процветание всем драконам. Если… Если мы не опоздаем.

Камень под лапами резко кончился, и мы ступили на лед. Лед здесь был повсюду: на стенах, сводах, свисал сосульками с каждого уступа. Так вот почему даже в том зале было так холодно!

Стоило нам войти в огромную пещеру, как мы заскользили, пытаясь сохранить равновесие, но с крыльями и без ног сие было почти невозможно. Лапы предательски разъехались, и три дракончика, брякнувшись на животы, покатились к самому центру, где возвышалась ледяная глыба, внутри корой что-то призывно посверкивало.

«Ой, мамочки! Держите-е-е-е-есь!» - вопила Тари.

«Мы врежемся! Мы убьемся!» - не отставала от нее Ри.

Я же просто орала, чтобы не отставать от подруг, но твердо знала, чему быть – того не миновать.

И… Глыба разлетелась на мелкие искрящиеся осколки, когда три разноцветных дракона со всей скорости врубились в нее.

«Бам… ам… ам… ам…» - разнесло звук нашего падения эхо, отражаясь сотни раз от сводов.

«Что там сверкало?» - спросила я, поднимаясь на четвереньки. Удивительно, но после первого падения лед перестал скользить. Совсем.

«Идите сюда!» - крикнула Ри.

«Да… да… да…» - передразнило эхо.

«Кто там смотрит на нас из темноты?» - прошептала Тари.

«Ты… ты… ты…» - эхо все еще глумилось. Что с него взять, оно же эхо.

Нет, пещеры я не боялась. Я опасалась не успеть.

У ног Рианы сверкал и переливался золотой жезл. Венчало артефакт сердце, разделенное напополам. Левая половина сияла зеленым, а правая – алым. Атталакт и рубин истины в оправе из золота – именно это оружие оставили для нас изначальные. Я это знала. Наверное, всегда, но вспомнила лишь сейчас.

Поднять жезл могла лишь золотая драконесса. А вот привести в действие должны мы все трое.

«Син, бери его!» - пискнула Тари.

«Чего же ты ждешь?» - Ри отчаянно волновалась.

Я же, несмотря на утекающее время, медлила. Почему? Все просто. Я знала, что все они здесь, и очень скоро мы ИХ увидим.

Удивительные вещи со мной происходили. Словно бы магия этого места вошла в меня и теперь, пытаясь подружиться, подсказывала некоторые моменты ближайшего будущего. Я, например, была уверена, что как только жезл окажется в моих руках, вспыхнут магические светильники по периметру пещеры и осветят…

Ох, вокруг нас стояли вовсе не скалы, покрытые льдом, а самые настоящие ледяные глыбы, скрывающие в глубине себя еще более древние тайны.

«Син! Син, очнись!» - молила меня Тариса.

И я наступила на жезл, сжав его когтями.

Свет вспыхнул, осветив лед, в котором навечно застыли… шесть изначальных драконов. Три глыбы – три пары. Самцы были огромными. Они намного… намного превосходили размерами и Дарка, и даже Энджея.

Самый крупный черный дракон, почти такой же, но все же чуть меньше, тоже черный с белой отметиной вдоль гребня и ледяной – сияющий, красивый, искрящийся… Они погибли до того, как лед сковал их тела. Мощные черепа были пробиты, и остатки замороженной крови все еще можно было различить на их чешуе.

Драконессы, напротив, казались легкими, очень изящными созданиями. Алая вытянулась вдоль тела ледяного самца, прижавшись к нему так сильно, что почти слилась с ним. Зеленая лежала сверху, будто пыталась отогреть теплом своего маленького тела огромного черного дракона. И только золотая касалась своего мужа лишь носом, вглядываясь в застывшие черные глаза, словно пыталась рассмотреть в них хоть каплю жизни.