И подруга замолкает, оставив свои претензии. Ясно, мое присутствие ей не особенно и нужно, только чтобы я за Мишей присматривала. Немного обидно, если честно.

— Я тебя добавил в друзья, – улыбается мне Леха. – Жалко, что уезжаешь. Может, на неделе как-нибудь потусим?

— Спишемся, – отвечаю уклончиво, чувствуя, как слева мое лицо горит от Славиного взгляда.

Как будто я виновата в том, что его друг ко мне подкатывает. Не виновата, мне самой это не менее странно, между прочим. Я как-то не привыкла, чтобы ко мне кто-то клеился.

Попрощавшись со всеми, мы с Мишей садимся в машину, и он сразу отдает половину стоимости проезда.

— Спасибо, – киваю я. – А что у вас с машиной?

— Ничего, – натягивает он улыбку. – Просто надоело там тусоваться.

— Это из-за Лены? – спрашиваю, помедлив, потому что Миша хмурится, отворачиваясь к окну. Когда смотрит на меня, смущенно добавляю: – Это вроде не секрет, что вы с ней…

Он передергивает плечами, морщась.

— Вообще-то она мне действительно понравилась. Веселая, красивая, сексуальная. Даже если бы ничего не было… Просто не ожидал, что она так резко на Славу переметнется. Он для нее, конечно, более выгодный вариант.

— Не говори так, – мягко прошу его, не зная, что еще добавить.

— Брось, всем очевидно, что она хочет замутить с ним, а я ей вообще по боку. Только это все бессмысленно.

— Почему?

— Потому что Славка не мутит ни с кем серьезно.

— То есть… – подбираю я слова. – То есть целенаправленно ни с кем не встречается?

— Ну да, типа того.

— Не понимаю… Но ведь он не может совсем ни с кем не встречаться? Я хочу сказать, вокруг него всегда много девушек…

— Он держит всех на расстоянии. Флиртует, дружит, с некоторыми спит, но никаких отношений. Вообще.

Я несколько минут пялюсь в окно, задумчиво жуя губы. Нет, не скажу, что сильно удивлена, но я все же думала, что у него бывают девушки не только на одну ночь.

— А почему так? – поворачиваюсь к Мише. Он пожимает плечами.

— Говорит, ему так удобно. Вокруг него постоянно крутятся девчонки, которые, как Лена, ведутся на деньги и на то, что он известный блогер… Типа какой смысл с такими встречаться? Да и даже если бы кто всерьез захотел, не получится. Слава никого не пускает в свою жизнь, ну я говорил, после развода он стал для всех нас закрытой книгой. Я слежу за его блогом, там он такой же веселый, раскрепощенный, как будто ничего не изменилось. Но что на самом деле у него в голове – непонятно. И не уверен, что окружающим девчонкам это действительно интересно. Им нужен Слава из блога, и он это понимает. Замкнутый круг получается, – грустно усмехается Миша, а я снова отворачиваюсь к окну. Выходит, Слава сейчас даже для друзей загадка, так сильно изменился.

Я вспоминаю все наши разговоры с момента знакомства, стараясь не зацикливаться на том, что Слава меня ненавидел и пытался выжить, всячески издеваясь. И почему-то кажется, что я знаю его чуть лучше других. Наверное, это обманчивое впечатление, но все-таки оно есть. Может, потому что мы много времени находимся рядом друг с другом. Может, потому что в своей ненависти он порой говорит больше, чем хотел бы, и тем самым открывается там, где не собирался.

Мне даже жаль его. Страшно, наверное, жить, когда не веришь во что-то хорошее. А он, очевидно, не верит. Вся его жизнь – только маска, картинки и видео в инстаграме, за которыми не разглядеть настоящего человека. И самое ужасное в том, что большинство и рассматривать не хочет. Всем хочется иметь рядом беспроблемного друга, от которого можно подзарядиться настроением, славой, деньгами и так далее.

С отцом у парня тоже явно непростые отношения, особенно теперь, когда тот сошелся с моей мамой. У братьев своя жизнь…

— А где его мама? – задаю вопрос Мише.

— После развода она улетела в Индию, теперь там живет практически круглый год. Вообще, она у него мировая тетка. Правда, я давно уже ее не видел, так что…

Мы с Мишей расходимся в метро, чтобы сэкономить, я взяла такси до ближайшей станции, а не до дома. Всю дорогу терзаюсь тяжелыми мыслями о Славе. Мне почему-то хочется помочь ему, хотя уверена, я последний человек, от которого Яров примет помощь.

Просто я знаю, каково это – остаться одному. Когда умерла бабушка, я почувствовала себя именно так: словно я одна в этом огромном мире. Словно потеряла опору, которая всегда была со мной. И поделиться больше не с кем, попросить помощи, сочувствия, поговорить за жизнь.