И делает первое движение бёдрами, и я мгновенно теряю голову. Меня всегда удивляло, насколько быстро я могла кончить с ним. Пока Захар доходил до пика, я могла получить оргазм несколько раз. Вот и сейчас я уже не помню, что говорила ему. Полностью отдаюсь во власть страсти и желания. Голова отключается, чувствую только своё тело и, как Захар входит в меня на всю глубину. Я откидываюсь назад, отдавая себя полностью в его руки. Тело содрогается волнами экстаза.

– Ты хочешь, чтобы я кончил в тебя? – сквозь дымку прорывается хриплый голос Захара. Обнимаю его талию ногами, прижимая к себе.

– Да, – отвечаю срывающимся голосом.

Захар ускоряет темп, двигается резче. Снова замирает, чувствую, что он снимает меня со столешницы, разворачивает спиной. В руках слабость, я даже опираться на них не могу, просто ложусь на поверхность тумбы, позволяя Захару вбиваться в моё тело, не сдерживаясь.

– Хочешь ещё? – рычит Захар, его пальцы крепко сжимают мои бёдра, но я совсем не чувствую боли, только страсть и огромное желание получить ещё раз удовольствие.

– Да. Ещё.

От размашистых и уверенных движений мужа во мне вновь растёт возбуждение. Словно цунами набирает силу, и с приближением к берегу, обрушивается на берег, сносит всё на своём пути. Пространство и время ускользают от меня. Я чувствую только сильные руки мужа , он направляет и поддерживает меня. Как в те моменты ,когда мы с ним скользили по волнам на сёрфе. Полное единение и доверие. Только так и не иначе.

– Ты всё-таки решилась внять просьбам Ани насчёт сестрёнки?

Открываю глаза, и тут же оказываюсь в руках мужа. Он меня несёт в ванную, чтобы смыть следы нашей любви.

– Кто знает, может, будет не сестрёнка, а помощник Денису, – язык еле ворочается.

– Доча просила сестрёнку, так что надо постараться.

Захар знает, что во время нашей близости я выкладываюсь на все двести процентов и мне нужно время, чтобы прийти в себя. Зато он будто набирается сил, усталость как рукой снимает.

– Ты опять всю энергию из меня высосал, – улыбаюсь устало и прижимаюсь губами к его плечу.

– Сейчас примешь душ и будешь как новенькая.

Он ставит меня в ванную и включает воду и оставляет меня одну, чтобы я отдохнула. Заодно, чтобы перехватить детей, когда они вернутся.

Да, я уже несколько дней не пью таблетки. Долго думала, советовалась с Захаром, готов ли он, если у нас будет третий малыш. Он мне каждый раз говорил, что будет рад и третьему, и четвёртому, если я сама захочу и решусь рожать. Больше всего меня смущал мой возраст.

Родить в тридцать девять – это довольно сумасбродная идея. Особенно когда уже есть и мальчик, и девочка, и все считают, что у нас состоявшаяся семья и незачем усложнять себе жизнь. Но я точно знаю, что мне во всём будет помощником Захар. Может, поэтому мне и не страшно рожать, потому что все бессонные ночи мы делили с ним пополам. Все резавшиеся зубы он прожил вместе со мной.

Ну а кто будет, это совсем неважно. Смываю с себя остатки спермы. Ополаскиваю лицо и тело.

А когда выхожу из ванной, на кухне уже сидит на своём стульчике Анюта и облизывает мороженое.

Денис смотрит на меня, прищурив глаза.

– Я пошёл.

Подхожу к сыну, обнимаю его, целую в щеку.

– Ну мам, – закатывает глаза, но не отталкивает.

– Люблю тебя, сынок.

– И я люблю тебя, мама. Ну я пошёл.

– Иди.

– Мамочка, обними меня тоже, – уже пищит Анюта. И я обнимаю нашу малышку. Захар смотрит на нас как ни в чём не бывало, долепливая пельмени.

Эта наша семейная традиция – лепить пельмени. Как когда это делала бабушка Захара. И моя бабушка. Хочется, чтобы наши дети вспоминали эти моменты и знали, как мы их любим. Чтобы наши дети выросли хорошими людьми. Без травмированной психики. И всегда помнили, что семья – это самое дорогое и родное, что есть в жизни.

– Мамочка, знаешь, как я вас люблю?

– Нет, малыш.

Анюта приседает, ручкой касается пола и подпрыгивает, задирая руку выше головы.

– От земли и до неба вас люблю. Вот так, – довольно улыбается, смотрит на меня и на Захара по очереди.

– А я тебя и папу и Дениску ещё больше, – целую её пухлую щёчку.

– А ты, папа, как нас любишь? – хитро прищуривается и смотрит на Захара.

– А я вас люблю от Земли до Солнца.

– А это много?

– Очень много. Даже больше, чем от земли до неба.

Анюта бежит к папе и обнимает его.

– Ты самый лучший папочка в миле.