У меня перехватывает дыхание. Я хочу сказать ему больше. Я желала этого мужчину. Я любила его. В некотором смысле я люблю его до сих пор. Я сожалею обо всей боли, которую мы причинили друг другу, но я никогда не пожалею об этом желании и о том, что оно принесло нам. Но мой сын ждет меня, и прямо сейчас это все, что имеет значение.

- Мне нужно домой.

- Юля… Я не знаю, как это сказать… но, если тебе нужны деньги для Вани… Я хочу помочь. Если я могу помочь финансово...

- Спасибо. Я думаю, мы справимся.

Я выхожу из магазина и иду в сторону своей машины.

- Юля! - кричит Володя. - Через год или два… Когда Ваня подрастет… Я хочу сказать ему, что я его настоящий отец, - говорит он, когда подходит ко мне.

- Да, конечно. Максим тоже так думает. Только не сейчас, Володя, пожалуйста.

- Ладно. Хорошо. Я просто хочу внести ясность. Я рад, что вы придерживаетесь той же позиции.

- Пока.

На этот раз я ухожу, не оглядываясь. Я нахожу свою машину, открываю ее, забираюсь внутрь и нажимаю на педаль газа.

Глава 53

Осень 2021 года

В доме пахнет яблоками. Матильда и Дуся материализуются, когда я включаю свет на кухне, вкрадчиво обвиваются вокруг моих лодыжек, отчитывая меня мяуканьем за мое отсутствие. Я насыпаю им в миски большие порции сухого корма, на которые они с жадностью набрасываются, мурлыча и помахивая хвостами во время еды. Я нахожу время, чтобы быстро принять душ. Поспешно одеваюсь в чистую одежду и собираю сумку. В доме неестественно тихо; я не удивлена, что кошки следуют за мной из комнаты в комнату.

- Максим вернется домой поздно, - говорю я им.

Дуся протестует, переворачиваясь на спину и демонстрируя мне свой соблазнительный живот. Как, спрашивает она, глядя на меня снизу-вверх, ты можешь оставить такую великолепную кошку, как я? Я останавливаюсь, чтобы погладить ее шелковистую шерстку в полоску, затем спешу обратно к своей машине, обратно в детскую больницу.

Я приезжаю в больницу около одиннадцати, Ваня уже спит. Свет в палате выключен, Максим читает брошюры, которые я читала ранее, подсвечивая страницы фонариком на телефоне.

Он поднимает на меня глаза, его лицо грустное, уставшее.

- Как дела дома?

- Кошкам очень одиноко без нас. Как Ваня?

- Медсестра заходила около тридцати минут назад. Она сказала, что у него спала температура.

- Хорошо.

Я смотрю вниз на своего спящего сына.

Максим потягивается и смотрит на часы.

- Уже почти полночь. - Он зевает и натягивает куртку. - Я заеду завтра после работы.

Когда он смотрит на Ваню, его лицо нежное, полное эмоций. Затем он глубоко вздыхает и расправляет плечи, собираясь с духом, чтобы уйти. Я провожаю его до двери палаты. Как будто эта больничная комната уже стала для нас чем-то вроде дома, стала нашей крошечной квартиркой.

- Ну, ладно, - говорит Максим. Когда он смотрит на меня, нежность покидает его лицо, заменяясь холодной бесстрастностью. Так он выглядит, когда подавлен, на его подбородке щетина. Меня заводит эта борода и этот взгляд. - Спокойной ночи.

Он уходит от меня, не поцеловав, не прикоснувшись ко мне. Мое сердце начинает биться в два раза быстрее. Что-то взрывается у меня в животе, что-то горячее и горькое поднимается к горлу. Я не могу дышать. Горячая кровь стучит в ушах, но пальцы похолодели. Я едва могу стоять. Паническая атака? Да, это паническая атака.

- Нет, - говорю я достаточно громко, в дальнем конце коридора медсестра пристально смотрит на меня.

Максим оборачивается.

- Нет, - говорю я тише, но от моей взвинченности это единственное слово вибрирует. Взяв Максима за руку, я тащу его подальше от поста медсестры, к лестничному пролету. - Нет, Максим, ты не можешь так уйти. Я тебе не позволю.

- О чем ты говоришь?

- Ты сказал, что останешься с нами.

- Я так и сделал. Я не шутил.

- Ты думаешь, что делаешь нам одолжение?

Максим проводит рукой по своим темным кудрям.

- Перестань, Юля. Я устал.

- Я не хочу так жить, Максим.

- Юля, хватит истерить...

- Я не хочу жить с тобой, если ты собираешься вести себя так, как будто ты делаешь нам огромное одолжение своим присутствием.

- Юля, сейчас не время и не место.

- Сейчас самое подходящее время и место! - Я вся дрожу. - Если ты останешься с нами, Максим, то, черт возьми, ты должен сделать это нормально. Ты не можешь околачиваться рядом с Ваней, с Ритой и со мной с видом дохлой рыбы, с видом страдальца, как ты делал это раньше.

- Юля, я не могу притворяться, когда я несчастен.

- Тебе не нужно притворяться. Ты можешь показать нам свое несчастье! Ты можешь позволить нам помочь тебе справиться с горем! И, Максим, тебе нужно сходить к психотерапевту, он выпишет тебе антидепрессанты.

- Юля, в этом нет необходимости.