Несколько лет назад я сделал вазэктомию, чтобы не производить на свет выродков. Шлюхам доверия нет. Да и трахаться теперь можно без гондонов.

Услышав просьбу Евы, он хотел было развернуться и уйти. Оттолкнуть от себя девчонку, чтобы не смела больше задираться. Но этот порыв, противно обжигая внутренности, исчезает так быстро, словно его и не было.

Желание соединиться с ней преобладает над остальными.

Я набрасываюсь на миниатюрное тело, как будто оно для меня последний глоток воздуха. Овладеваю мягкими губами, языком врываясь внутрь. Ловлю себя на странной мысли, что целовать и трахать девчонку – одинаково кайфово.

Хватаю Еву за ягодицы и заставляю обернуть ноги вокруг моей поясницы. Стискиваю тонкие пальцы до хруста суставов и поднимаю её руки вверх, прижимая к стене.

Девчонка опять тянется к моим губам. Отчаянная.

Я ведь никогда не теряю голову. Ни с кем. А она стала настоящим наваждением. Рядом с ней моё тело уже не принадлежит мне, но я хочу сохранить хоть какую-то частичку железного самоконтроля.

Прикусываю её нижню губу и с садиским кайфом ловлю вырывающийся болезненный стон.

Умоляющие о пощаде глаза шлюхи заводят меня. Член опять колом стоит, как будто минуту назад и не трахался. С легкостью проскальзывая во влажную киску, загоняю ей глубоко, ударяя твёрдыми яйцами по промежности.

Губами глушу вырывающиеся из её ротика стоны и двигаю бёдрами, ритмично вталкивая ствол. От остервенелого траха разрядка приходит быстро. Последний толчок такой мощный, что девка, сотрясаясь, едва не падает на пол. На секунду я отключаюсь и улетаю в нирвану.

– Раф… – поднимает на меня ошарашенный взгляд.

Вглядываюсь в голубые глаза, полные желания и сомнений. Чувствую, что могу прочитать каждую её эмоцию. И сейчас шлюха хочет, чтобы я довёл её до финиша.

– Пожалуйста, – Ева продолжает взирать на меня блядскими глазами, облизывая губы.

Я делаю тяжёлый вдох и сжимаю её упругие сиськи в ладонях. Красивые. Наливистые. Облизываю соски, втягивая их в рот под громкие хриплые стоны.

– Да, – еле дышит, выгибаясь в моих руках.

Зажимаю ей шею одной ладонью, а вторую опускаю между ног. Растираю вязкие соки возбуждения по промежности и двумя пальцами проскальзываю в киску, из которой ещё вытекает моя сперма. Долблю узкое тёплое пространство во всю силу, ощущая, как смазка стекает по моей ладони.

– Кончай, – хриплю ей в губы и пощипываю клитор, заставляя ещё больше извиваться и дёргаться.

Ева блаженно закатывает глаза, насаживаясь на мои пальцы. Её взгляд уплывает, а по телу проходит волна расслабления.

– На сегодня закончили, – опускаю обмякшее тело на кровать и выхожу из спальни.

***

С утра в дом приходит новая прислуга. Баба лет шестидесяти с чем-то похожа на свою предшественницу. У неё то же тучное телосложение, возможно, поэтому форма сидит на обеих одинаково.

– Ваш завтрак, – указывает мне на накрытый стол.

Игнорирую её присутствие, сажусь за стол и принимаюсь за еду. Через пару минут звонит телефон. На экране высвечивает номер охраны.

– Говори, – принимаю вызов.

– К вам посетитель.

– Кто?

– Какой-то Артур.

– Ты прекрасно знаешь, что делать с “какими-то Артурами”.

– Парень говорит, что его сестра здесь. Просит позвать девушку по имени Ева.

– Блядь… Сейчас буду.

Бросаю телефон на стол и под ошарашенным взглядом прислуги вылетаю из кухни. Что ещё за хер нарисовался?

У ворот меня ожидают мужики с рациями в руках.

– Открывай, – тут же приказываю.

Из металлолома, который язык не повернётся назвать машиной, вылезает дрыщ в спортивном костюме и поношенных шлёпках на ногах.

– Здрасти, – его кивок похож на судорогу боли.

Буравлю ушлёпка взглядом, сразу подмечая заплывшее лицо и синяки под глазами. Нарик и алкаш конченный.

– Говори.

– Я брат Евы, – озирается по сторонам, оглядывая мой дом и охрану, выстроившуюся в шеренгу за моей спиной.

– И?

– Отец наш умер вчера. А Ева тут… – идиот наигранно кашляет. – Деньги нужны на похороны, понимаете? Дэн обещал, что Ева заработает… Столько дней уже прошло. А она всё не возвращается.

– Ты приехал забрать свою сестру? – делаю вывод из его невнятной речи.

– Отца похоронить хочу с почётом. А семья наша совсем на мели, – косится на своих дружков, выглядывающих из куска металлолома.

– Держи, – достаю из кармана брюк наличку и бросаю ему в ноги. Нарик падает на землю, и, капая слюной, собирает все купюры.

– Ева скоро вернётся, – разворачиваюсь и иду обратно в дом.