Это безумно странное чувство, когда человек, которого ты боишься до смерти, вот так с лёгкостью сдаёт позиции и признаёт твою власть над собой.

Ощущение триумфа затмевает разум. Стоит попробовать его на вкус всего один раз, как тело тут же требует добавки. В десятикратных размерах. Поэтому я и “вгрызаюсь” в выпавшую мне возможность.

Открываю стеклянную дверцу в душевую кабину и через плечо бросаю.

– Зайди внутрь.

Раф кажется мне роботом, пульт управления которым вложили в мои руки. Он чётко, словно механическая машина, исполняет любую мою команду.

– Включи холодную воду.

Сам ведь просил наказания.

Чем не шанс проверить его шкуру на прочность?

И следить я буду внимательно, чтобы не халтурил.

– Крути до конца до упора.

И здесь не сопротивляется.

Ледяной фонтан обрушивается на мужское тело. Раф прикрывает глаза, но не дёргается и не отстраняется, а, наоборот, расслабляясь, подаётся к источнику потока, как будто зверь попал в среду своего обитания.

Я иронично хмыкаю.

Нет, это не наказание.

Наверняка, боксёр часто принимает контрастный душ и привык к холодной температуре.

– Выключи.

Раф закрывает кран и поднимает правую руку. Пальцами зачёсывает мокрые пряди назад. Я, как заворожённая, любуюсь им. Крупные капельки воды соблазняюще стекают по идеальному рельефу мощной груди. И у меня вдруг возникает абсолютно безумное желание слизать их.

Мысленно обругав себя, встряхиваю головой, пытаясь сохранить трезвый ум, и вновь даю указ.

– А теперь горячий душ.

Раф застывает, как будто раздумывая над моей очередной прихотью, но этот миг длится не больше секунды. Его рука опускается на барашек смесителя и прокручивает тот до самого конца.

Как в замедленной съёмке вода начинает покрывать его голову, потом плечи, грудь. Я вдыхаю тёплый пар, которым наполняется кабина.

По реакции Рафа вижу, что ему становится всё труднее переносить высокую температуру. Кожа краснеет, он чуть отступает назад, но держится до конца, принимая на себя весь жар.

Глядя на такую отчаянную самозабвенность, я понимаю, что мне становится его жаль.

Да, я знаю, что мужчина передо мной – настоящий изверг, насильник, извращенец, чудовище, и он заслуживает наказания. Но у меня слишком мягкая натура. Не могу я видеть, как другие люди страдают. Мне легче забрать их боль на себя.

– Выключай, – произношу чуть громче, чем ожидала.

Но мой приказ виснет в воздухе. Раф направляет на меня любопытный взгляд и стоит неподвижно, словно совсем не собирается избавлять себя от пытки.

– Я сказала, выключай! – перехожу на крик.

Раф делает вид, что ему всё равно. Лениво протягивает руку к крану и еле-еле закручивает его обратно.

Как только вода останавливается, ведомая каким-то странным порывом, я захожу внутрь кабины. Почувствовав под ногами кипяток, морщусь от неприятных ощущений.

Как же Рафаэль смог это выдержать?

Человек ли он вообще?

Неужели никакая физическая боль ему не страшна?

– Хочешь, чтобы я тебя трахнул? – сверлит меня взглядом.

Мотаю головой. Размечтался!

– Но ты можешь меня помыть. Футболка, которую ты мне дал, провоняла твоим запахом. Смой его с меня.

Мне хочется ударить его посильнее. Показать своё превосходство. Если не силой, то хотя бы словами. Уколы по самолюбию пока единственное мало-мальски действенное оружие против бесстрашного боксёра.

– Раздень меня.

Сильные руки одним движением подхватывают края футболки, стягивая её через голову и отбрасывая куда-то в сторону. От осознания, что мы оба остались обнажёнными, у меня перехватывает дыхание. Густой воздух между нами переполняется яркими искрами.

Я чётко слышу, как бьётся его сердце. Так же сильно, как и моё собственное.

Я больше не боюсь его прикосновений. Не отворачиваюсь и не вырываюсь, как сделала бы раньше. Наша близость стала мне приятной. Осмелев, я медленно касаюсь мужской груди. Его кожа, удивительно упругая на ощупь, пылает как огонь. Я провожу по плечам и двигаюсь ниже, чувствуя, как мышцы под моими пальцами напрягаются.

– Помой меня.

Раф включает тёплую воду, берёт с подвесной полки мочалку и наносит на неё немного геля с ароматом свежей мяты. Я поворачиваюсь к нему спиной и собираю волосы пучком наверх. Нежные скользящие поглаживания мягкой губки по спине заставляют меня прикрыть глаза от удовольствия. Пальцы мужчины умело дозируют силу и надавливают на нужные точки, массируя мои напряжённые мышцы.

Эти руки могут быть нежными, но кому, как не мне, знать, что они также могут быть безжалостными и причинять немалые страдания.