Если Онсин и удивился, вида он не подал. Быстро отдав приказания помощникам, он освободил загоны и уточнил. — Я вам еще нужен?

— Нет. — Отрезал маг. — Как мы уйдем, можете вернуть рептилий на место.

Мы с мужем вошли под высокие каменные своды загонов. Они представляли собой три объединенных помещения, разделенных перегородками, оставляющими обширное пространство для прохода. Помещения для драгонов в свою очередь разделялось на стойла и неогороженные общие залы.

— В общих залах находятся самки и дети до года. В стойлах размещаются взрослые самцы, до того как мы их выпускаем на волю.

Я вопросительно взглянула на мужа.

— Дело в том, Элиса, что из самцов не получится покорное ездовое животное, они не поддаются тренировке. Ездить можно только на молодых самках до трех лет до гона, потом они переводятся в отдельное помещение, приносят первое потомство, которое остается здесь, а потом мы их тоже отпускаем на волю.

Я призадумалась. — Да, сложное это дело. И за этим всем следит Онсин?

Маг кивнул. — И на планете нет животных, которых можно было бы полностью приручить.

— А как же регуны и нуры?

— Нуры позволяют себя оседлать только магам и то считают это своим личным выбором. Если нур не захочет, он никуда не полетит. Я думаю, им просто интересно понаблюдать за магами. А регуны служат людям до того времени, пока им это не надоест. Люди в обмен их кормят и ухаживают за ними.

Я даже запнулась от удивления. — То есть для них мы просто интересный объект для изучения?

Ди Госнир тепло рассмеялся. — Получается так. Давай попросим Ави начать поиски.

Я погладила юркую ящерку, спавшую все это время на своем плече. — Ави, нам нужна помощь. Можешь поискать здесь для нас тайники?

Хранительница, открыв глаза ровно на половину, совсем по-человечески зевнула, потом нехотя потопталась по моему плечу и соскользнула на пол. Осмотревшись, ящерка принюхалась с подозрением и деловито направилась вперед. Побродив какое-то время между стен, она выразительно посмотрела вверх, а потом на меня. Я осторожно приподняла ее на руки, ящерка потянулась к одному камню и пару раз провела по нему лапкой.

— Молодец, красавица моя. — Похвалила я, целуя свою ящерку и повернулась к Энгеру. — Что теперь?

Мужчина прикоснулся ладонью к стене и замер. — Ничего не ощущаю. Никаких отголосков магии. — Он приказал одному из слоняющихся неподалеку помощников Онсина принести инструменты и лично начал взламывать стену загона. Скоро светло-серые стены помещения оголили свою начинку — красновато-бурый вулканический камень. На нем металл с глухим звяканьем замер, даже не покрошив твердый камень. Маг остановился. Я подошла ближе, осматривая стену. Ровный массивный блок вулканического камня не имел ни трещин не стыков соединения, которые могли бы послужить местом для сооружения тайника. Стена была сплошной. Маг попытался воздействовать на нее магией ветра, но ничего не произошло. Какое-то время мы смотрели на открывшуюся стену.

— Будем ломать. — Наконец, принял решение Ди Госнир.

Я нежно взяла его за руку. Что-то здесь было не так. Не мог же Галес Ди Госнер сделать тайник, в который можно попасть только каждый раз ломая и выстраивая стену. К тому же он наверняка хотел, чтобы то, что так хорошо спрятано, не попало в чужие руки, но открылось, например, его сыну.

Я потянула мужчину на себя и заглянув в его глаза, произнесла. — Подожди. Ломать не строить. Ведь твой дедушка если и знал что произошло тогда на самом деле и почему источники магии были завалены, не мог открыто об этом рассказать?

— Нет. За брак с Элизабет Эста Филгрут его заперли в поместье без права выхода за границы имения. А их единственного сына увезли воспитываться во дворец в королевскую семью. Так новый король хотел упрочить свою власть в глазах народа и показать, что поверженный род Ди Госниров так доверяет ему, что даже отдает детей на воспитание во дворец.

— Значит, он не мог лично открыть правду сыну, но, наверное, рассказал ее в своем дневнике и спрятал так, чтобы только его сын мог найти и открыть тайник. — Я задумалась, какая-то смутная, но требующая внимания мысль билась в моей голове, не находя выхода. Это мир магии, здесь едва ли маги делают тайники как у нас на Земле, требующие ключа. Ключ за годы может сломаться или потеряться, а магия если она есть, остается с человеком до последнего вздоха. Сжав ладонь Энгера, я спросила. — А какой стихией владел твой дед?

— Огнем. — Ответил маг, уже понимая к чему я клоню.

— А его сын?

— Тоже огнем. — Отвечал маг. — И камни он использовал вулканические, рожденные в пламени. — Мужчина внезапно одним движением притянул меня к себе и прижал к сильной груди.

— Ты молодец, Элиса. Я позову Астира Аллеина, он мой друг и очень кстати для нас огненный маг.

Я улыбнулась, радуясь и похвале и его близости.