— Что вы делаете? — я тут же, словно вихрь отбежала вбок, испуганно распахнув глаза.

Парень на это никак не отреагировал. Взял в шкафу недавно сложенные мной домашние кофту и брюки, после чего пошел в сторону ванной.

Так он просто хотел взять одежду? Я мысленно обругала себя за то, что становилась истеричкой и Томаса за то, что он просто не попросил меня отойти. Вспомнила о том, что парень не мог этого сделать, но, все равно, немота его не оправдывала. Хотя бы похлопал меня по плечу, оповещая о своей приближении, а не так в наглую подстраивался сзади.

Я шумно выдохнула и опять посмотрела на него. По пути в ванную он снял с себя кофту и небрежно бросил ее на пол. И, как бы я не хотела этого признавать, но тело у него очень красивое. Сильное и крепкое. И это, учитывая то, что я видела его только со спины.

Я прикусила губу и опять обернулась к шкафу. Очень быстро разложила всю оставшуюся одежду и подняла с пола кофту, которую Томас до этого бросил. Наверное, стоило отнести ее в стирку, но я несколько долгих секунд держала кофту в ладонях, взбудораженная запахом одеколона исходящего от нее. Он вызывал мурашки. Заставлял кусать губы и чувствовать практически болезненную остроту.

— Да что же со мной происходит? — я мотнула головой, после чего вышла из спальни и, поскольку другой работы не было, поплелась в домик для прислуги.

Только оказавшись в своей комнате, я поняла, что не отнесла кофту Томаса в стирку. Я все еще держала ее у себя в руках. Хотела развернуться и вернуться в главный дом, но почему-то замерла. Сильнее сжала ладонями кофту и вновь вдохнула запах, от которого начало покалывать кончики пальцев. Никогда бы не подумала, что бывает настолько приятный запах одеколона, который буквально туманил сознание.

Когда я услышала шаги около своей комнаты и краем глаза заметила, что дверь открывалась, рефлекторно кинула кофту под подушку, после чего обернулась. Ко мне без стука зашла Софи.

— Ты где пропадала? Что от тебя хотела сеньора Балса? — спросила она умостившись на мою кровать.

Я коротко рассказала о том, что теперь меня приставили к Томасу Муто — сыну владельца этого особняка.

— И какой он?

— Обычный, — я пожала плечами. Хоть и точно не могла назвать этого парня обычным. — И он немой.

Софи присвистнула и, похлопав меня по плечу посоветовала учить язык жестов.

Из-за Софи я забыла про то, что положила кофту Томаса под свою подушку. Вспомнила об этом лишь в тот момент, когда мы пошли ужинать. Я еще сидела за столом и уже в который раз пыталась дозвониться до Саймона.

Мысленно я пообещала себе, что позже обязательно отнесу кофту в стирку. А то, как-то странно было то, что она лежала под моей подушкой. Да и это могло быть прировнено к воровству.

— Не нравится мне все это, — пробормотала и склонила голову. Сейчас уже вечерело и я сидела в дальней части сада на ровном газоне. Пряталась ото всех за густыми кустами каких-то цветов и думала о том, что просто устала. Хотела спокойствия, а не очередных переживаний.

Внезапно из этих кустов вылетело нечто огромное и просто повалило меня на траву. Я от испуга зажмурилась и закричала. Начала отбиваться и пытаться отползти.

— Да что же это? — испуганно зашипела.

Ошалело открыла глаза и увидела перед собой большую собаку. Нет, не просто большую, а огромную. Казалось, что цербер вырвался из ада и собирался меня сожрать. Таковыми были мои первые мысли, но единственное, что делал этот пес — вылизывал мне лицо и, черт возьми, радостно вилял хвостом.

— Прекрати! — я попыталась закрыться от него, но получалось плохо. Я вся была в слюне.

Уже отчаялась, как вдруг собака все же слезла с меня. Я несколько раз моргнула и увидела, что это Томас, взял пса за ошейник и заставил его отступить. Но тот все равно, до сих пор радостно вилял хвостом, так и норовя опять ринуться в мою сторону.

— У вас странная и невоспитанная собака, — сказала сгоряча, ладонями вытирая с себя слюну. Собак я любила и обожала, но вот когда нечто такое огромное набрасывалось и слюнявило, радости во мне это не вызывало, ведь я вообще удивлялась тому, как этот пес меня не затоптал.

Томас окинул меня взглядом своих пронзительных, серых глаз и что-то показал на языке жестов. В этот момент я отметила, что у него очень красивые ладони. Крепкие и сильные. А еще мне казалось, что наощупь они шершавые.

— Простите, я не понимаю, — я отрицательно покачала головой.

Муто достал из кармана телефон и что-то напечатал на нем, после чего показал мне экран. Там было написано только одно слово «обработать».