— Это болото, в котором мы погрязнем вместе, — вырывается из меня, я хватаюсь за последние соломинки, за те остатки здравого смысла, которые еще есть, пытаюсь донести до него всю суть ситуации, чем дальше, тем хуже. Он ко мне не равнодушен по-своему… по больному… он одержим, и это не может не пугать…

— Я уже давно в этом болоте, — как удар под дых, он не собирается брать себя в руки и как-то исправлять положение, его все устраивает, ему все нравится.

Звериный оскал, он резко хватает меня под попку и усаживает на подоконник, раздвигает ноги, устраивается поудобней.

— И я заберу тебя с собой, — шок, я просто в ступоре, я не хочу, не согласна, Я ПРОТИВ, вашу мать! Мысли сменяются со скоростью ветра в голове, а выговорить ничего не могу, от того, как жадно он меня рассматривает, просто перехватывает дыхание.

Его пальцы пробегаются по ногам вызывая табун мурашек, я закусываю губку, не хочу выпускать стону на ружу. Тело предательски реагирует на его прикосновения, я чувствую себя плохой, порочной, развратной, когда он рядом все самое темное и плохое просыпается во мне.

Его пальцы поднимаются выше, ныряют под футболку, единственный лоскуток ткани, который хоть как-то защищал мое тело от его пронизывающего взгляда. Я хватаюсь ручками за его запястья, пытаюсь прервать эту пытку, не хочу плавиться под его горячими руками, стонать, просить больше.

Я уже и так практически потеряла связь с реальностью, он меня порабощает, я уже не знаю чего хочу, он лишает меня способности мыслить рядом с собой.

Вздрагиваю от звука рвущейся ткани, моя ширма, он уничтожает все мои попытки закрыться от него.

— Мне нравится, когда ты голая, — закрываю глаза, глубоко вдыхаю, его запах дурманит, близость выбивает почву из-под ног, как совладать с собой, как не реагировать на этого самца?

— П-прошу, — всхлипываю, хватаюсь ручками за его плечи, его кожа обжигает, даже через рубашку. Я хочу сорвать с него всю одежду, прикоснуться к его телу, лизнуть, вдохнуть его запах, утонуть, потеряться в нем,

— О чем просишь? — хриплый голос, который сводит с ума, хочу попросить отпустить, оставить в покое, но я желаю не этого. Его язык скользит по моей шее, медленно, превращая все это в пытку, вздрагиваю, сильнее впиваюсь пальчиками в его плоть. Всхлип, стон, который дает понять, что я сдалась, что готова поднять белый флаг…

Я обхватываю его ногами, заставляю вплотную вдавиться в меня, чувствую его возбужденную плоть, я как будто сумасшедшая, наркоманка, дорвавшаяся до дозы. Он продолжает пытки языком, а его грудная клетка прикасается к моей груди, возбужденные соски трутся о ткань рубашки, я хочу чувствовать его.

Трясущимися пальчиками тянусь к его галстуку, медленно его растягиваю и стягиваю через голову, начинаю расстегивать пуговицы его рубашки, слишком спешу, пальчики соскальзывают, мне кажется сейчас жизненно необходимым почувствовать прикосновение к его коже…

Дергаю рубашку, последние пуговицы, что так и не поддались моим трясущимся пальчикам отрываются и со звуком катятся по полу, я запускаю ручки, прикасаюсь к его кубикам, он рычит…. Наклоняюсь, провожу язычком по его животу, просто кайфую от его запаха, вкуса, хочу запечатлеть все это в подсознании, он резко запускает пальцы в мои волосы, сжимает в кулак и тянет с силой в сторону….

— О чем просишь? — глаза в глаза, его дыхание становится тяжёлым и частым, а я сама не ведаю что, говорю…

— Разреши тебя любить….

Я слишком далеко зашла, в слишком опасную игру ввязалась… Я балансировала на лезвии ножа, на таком остром и ядовитом, что резала ноги в крови… Его яд меня отравлял, проникал в кровь, порождал плохие мысли, не правильные, порочные, темные…

Я падала в неизвестность, умирала и снова возрождалась. Но все еще стояла на острие лезвия, балансировала и смотрели в эти черные глаза… Которые увлекали меня все дальше и дальше во тьму….

— Разреши тебя любить, — слова обжигают горло, застряют, но все же я это сказала, произнесла…

Атмосфера в комнате накаляется, в его глазах зажигается опасное пламя, которое пугает, будоражит кровь, превращает в пепел, сжигает до тла… Сама боюсь того, что происходит, неужели я действительно проникаюсь чувствами к этому мужчине? Он темный, плохой, опасный… Но такой…как запретный плод, чем больше твержу себе нельзя, тем больше хочется…

— Ты не захочешь этого, — его руки сжимаются на моей талии, такие горячие пальцы, обжигают, как будто оставляют ожоги. Почему он так говорит? Почему так уверен в этом? Есть что-то страшное? То, что я не смогу принять?