— Так что же ты сидишь? Давай собирайся.
— Брюки погладишь? И рубашка несвежая.
— Конечно, — улыбается Ира. — Сейчас все сделаю… Так… А утюг где?
— Черт. Да. Утюг Милана забрала.
— Миша! — цокает Ира. — Она так полдома вынесет, а ты глазами хлопаешь.
— Прекрати. Не будь мелочной. Тем более, это утюг Миланы. Ей мама его дарила в этом году на Восьмое Марта. Фирменный... Там старый в кладовке есть, возьми.
Ирка еще раз целует, обнимает, ластится…
Словом, рядом со мной она словно вьюн, и мне душно становится от этих постоянных сюси-пуси, подташнивает! Будто не Ирка беременная, а я сам.
Нет, честное слово, раньше я кайфовал. Приходил к ней, обделенный вниманием и лаской, купался в ее внимании и любви. Мы жарко проводили встречи, а теперь… сплошные обнимашки и поцелуйчики, плюс разговоры о будущих детках. Откровенно говоря, они вызывают у меня такое ноющее ощущение в нижней челюсти, как зубная боль! Я вспоминаю Настюшку, ох и не давала она нам спать с Миланой. Потом на миг меня переносит в будущее, где таких крикунов — сразу двое, и зубная боль становится невыносимой. Хочется глотнуть обезбола и бежать без оглядки.
Но куда?
Смотрю на уведомление.
Милана подала на развод…
Это было ожидаемо, но… все равно я чувствую, как горчит на языке.
— Ох, поздравляю! — заглядывает через плечо Ира. — Миш, наконец-то… Мы скоро будем вместе. Ты и я… За это нужно выпить!
Она приносит мне виски, сама пьет гранатовый сок, развязно и долго меня целует, я чувствую вкус сока, но даже ему не прогнать какую-то острую горечь и непонятную злость.
— Миша, это такие хорошие новости… — Ирка уже дышит чаще, выгибается под моими руками. — Может быть, немного задержимся? Перед прогулкой?
Она проворно раздевается и демонстрирует свою грудь, садится сверху.
Был период, когда мне казалось, что притяжение будто ослабело, но сейчас я снова хочу ее постоянно… Стоит ей меня только поманить и все, меня будто клинит…
Мысли вязко стекают вниз, отзываются каменным напряжением.
На некоторое время все остальное становится неважным, как будто затмение наступает, а потом…
Потом снова я попадаю в вязкое болото из мыслей и сомнений и постоянно хожу злым и раздраженным!
Глава 21
Глава 21
Она
— Милка, ну че ты, а? По-человечески же прошу! — выдыхает раздраженно брат. — Даже родители в гости пойдут, с ночевкой, только ты остаешься. С мелкой…
— И куда мне прикажешь выселиться? С мелкими?
— Сколько раз тебе говорил… У дочерей твоих квартира имеется, отец. У вас даже слушания не было, ты имеешь полное право… Перекантуйся там!
— Хватит бубнить об одном и том же, Игорь. Я сказала, нет, и все.
Брат внезапно попросил всех освободить квартиру под посиделки со своими друзьями! Тоже мне, блин, царь…
У меня на этот вечер были свои планы! Сегодня Аня решила прийти к нам с ночевкой. Я работаю постоянно, допоздна. За Настей дедушка с бабушкой присматривают, иногда Миша, но одному ему я дочку теперь не доверяю, спасибо, одной кишечной инфекции нам хватило, теперь микрофлору восстанавливаем…
И так устаю, выбиваясь из сил, еще и брат прилип, как репей.
С квартиры родителей он никуда не съехал. Иногда ночует у друзей, но чаще всего дома, конечно.
— С друзьями можно и в кафе посидеть, — отрезаю я.
— Нет у меня бабла столько, чтобы в кафе сидеть! Не командуй, Милка! — злится брат. — Или, думаешь, я не понял, что ты затеяла, а? Хочешь квартиру отжать!
Хотела бросить в сердцах, что мне некогда, нечего меня от работы отвлекать, но после этих слов застыла.
— Что ты сказал? Повтори!
— Просто к слову пришлось, — сдает назад младший брат.
— Нет, ты все-таки повтори, высунь язык из того места, куда ты его только что засунул! — злюсь.
— Ладно, сама напросилась! — переходит на повышенный тон.
Ругаться с братом посередине рабочего дня — самое последнее дело. Присела передохнуть пять минут, называется! Передохнула, ага… Брат позвонил. Я будто чувствовала, отвечать на звонок не хотела, но в итоге зачем-то ответила, и теперь мы ругаемся из-за квадратных метров. которые ни одному из нас не принадлежат. Паршиво ли это? Еще бы…
— Слышал, ты просишь родителей отписать квартиру тебе!
— Интересно, откуда ты слышал, если тебя при том разговоре не было? — интересуюсь я.
Неужели мама поделилась?