В этот раз все было намного четче. Я видела светлые стены, большой красивый деревянный шкаф. Письменный стол и стулья. Так же увидела две двери. Одна из которых вела в купальню, а вторая в гостиную нашего с Астаром дома, который мы приобрели для нас двоих. Здесь мы скрывались ото всех. Здесь было наше убежище.

Я не знала об этом раньше. Просто сейчас что-то да выхватила из воспоминаний.

Было четкое ощущение что никто не должен знать о наших отношениях. Что все нас осудят. Не примут. Разлучат. Поэтому мы прятались здесь.

- Почему ты так злишься? – Спросила Милли из воспоминания.– Ты ведь сам чувствуешь, что нам суждено быть вместе. Нам хорошо, уютно. Я уверена, мы истинные друг другу. С самого детства знала.

Истинные? Это то, о чем говорил Ливдар?

- Я не уверен, Милли. – Услышала знакомый голос, и повернулась на него. Астар стоял ко мне спиной и смотрел на лес через окно. Единственное что я пока видела, это его широкую спину, на которую был накинут шелковый черный халат. – У меня даже нет побратимов. Еще пятнадцать лет назад, на своё пятилетие, я должен был познакомится с ними, но ведьма уверила, что в этом мире я один. Ты считаешь, что я твой истинный, но это не так. Ты должна дождаться своих мужей. Их должно быть трое, а не я один.

- Я не согласна с тобой. – Уверенно сказала, не сдаваясь. – Вдруг дело в том, что мы с тобой необычные дети этого мира? Мы оба родились в один день. Мы оба седьмые первенцы в своем роду и оба обладаем настолько сильной магией, что порой самим страшно. Но что, если мы и вовсе не принадлежим этому миру? Обычно у каждого мужчины есть двое побратимов. И обычно у каждой драконицы в моем возрасте уже просыпается зверь. Но мы не такие как все. Вдруг мы просто не на своем месте?

-Я не понимаю, о чем ты говоришь.

Астар повернулся ко мне, и я впервые увидела его лицо. До этой минуты сны с ним были смазаны. Да я все чувствовала и слышала, но вот лица его никогда не видела.

Он смотрел на меня полыхающими серебром и магией глазами. Черные короткие волосы немного растрепались после сна. По коже на руках и груди проходили светлые всполохи магии. Так, бывало, когда он не мог сдержать свою силу, и светлая магия вырывалась наружу.

На широких скулах ходили желваки от злости. Но я его не боялась. Я его любила и боялась только его потерять.

-Я сама не совсем понимаю. Но я могу обратится к древней ведьме и спросить у нее. Она помогла Альмире, жене моего дяди. Помнишь, что за история с ними приключилась?

-Конечно. Их чуть не уничтожил мой отец.

Магия все же вырвалась и током прошлась по стене, оставляя после себя следы. Астар ненавидел своего отца. Но сейчас мне нужно было напомнить о случившемся.

Я встала с постели и подошла ближе к любимому. Обняла его, чувствуя, как его магия соприкасается с моей. Дарит наслаждение и пробегается по телу возбуждением. Обожала эту способность моего светлого мага.

Глаза Астара против воли потемнели, выдавая его желание. Дыхание участилось, а руки сомкнулись на моей талии притягивая ближе к своему сильному телу.

Чуть приподняв голову, посмотрела прямо в его глаза, пытаясь донести до него свои мысли.

- Малора помогла им обрести счастье и справиться со всеми бедами. Вдруг и нам она поможет? Что мы теряем? Я не хочу, чтобы нас разлучили наши родители. Они считают, что такая сила как у нас не может быть единой. Я же думаю иначе. Ты ведь чувствуешь. Наша магия тянется друг к другу.

Астар чуть улыбнулся, и завертел головой:

-Ты умеешь уговаривать, Милли. Ну разве могу я не попробовать? Ведь ты так просишь.

Мгновение и меня повернули спиной к себе. Пухлые такие манящие губы сомкнулись на моей шее, даря истинное наслаждение. Ладони нырнули под юбку ночного платья, оглаживая чувствительную кожу.

Мы всего лишь раз были вместе. Все это время боялись навредить и только недавно поняли, что несмотря на нашу ужасающе сильную магию, она подходит друг другу.

Мы только стали познавать друг друга, и не хотели терять то, что обрели.

Я таяла в объятиях светлого. Все мое существо ликовало и просило большего. Внутри поднималось что-то сильное, и просилось наружу. И я дала волю себе. Открыла глаза и увидела себя в зеркале на стене напротив.

Это была не та я, которую знала последние три года. Волосы были темно-рыжие, с более светлыми редкими прядями. Янтарные глаза словно полыхали огнем. Скулы чуть острее, губы пухлее, да и тело изящнее.

Ладонь Астара все равно что прожигала кожу. Оглаживала бедро и поднималась чуть выше. Губы порхали над шеей, а другая ладонь схватила грудь, и найдя пальцами возбужденный сосок через шелковую ткань ночного платья, сжала, вырывая из меня сладостный стон.

Меня резко выкинуло из сна, но возбуждение никуда не делось. Я все так же чувствовала желание и мягкие губы на своей шее. Открыла глаза и увидела перед собой встрепенувшегося Гарвина. Он смотрел на меня с ответным желанием, но так, словно сам не понимал, как вдруг оказался со мной.