— Я велела заложить для тебя один из экипажей. Он вывезет тебя за город и высадит в ближайшей таверне. Там и переночуешь, а уже завтра сама найдешь, как добраться домой. Денег тут, — мне сунули в руки кошель, — предостаточно, чтобы добраться в Нэст, и еще останется. Так что, можно сказать, мы с тобой в расчете.

Я приняла деньги и поклонилась. Руки подрагивали от нетерпения, а в мыслях вертелась одна единственная — спросить ли королеву о том, за что она ударила меня огненной магией? Почему заставила пережить такой ужас, в чем я провинилась. Но, конечно же, я и не подумала задать вопросы вслух, но еще больше уверилась в том, что мое пылающее лицо дело рук Клаудии. Иначе, фрейлины рассказали бы ей о произошедшем, и она не оставила бы все без расспросов.

— Я немедленно соберу вещи, — я поклонилась, благодаря королеву за ее щедрость.

— Вот и хорошо. — Клаудиа отступила от порога, намереваясь уйти. Но не удержалась, бросив напоследок: — Я надеюсь, что мы больше никогда не встретимся с тобой.

«Я тоже!» — подумала с радостью, но вместо ответа лишь снова поклонилась, едва дождавшись, когда королева пойдет прочь от моей жалкой комнатушки.

Когда стихли ее шаги, подняла голову и рассмеялась. Даже щека больше не болела. На радостях я забыла о боли и бросилась к своему шкафчику, собирая вещи и складывая их в сумку. Бросала, почти не заботясь о том, что платья помнутся. Просто хотелось, как можно скорее покинуть дворец, пока королева не передумала. С нее станется. Что и говорить, я едва не приплясывала по комнате, а когда заглянула в кошелек, выданный мне щедрой родственницей, то и вовсе подпрыгнула на радостях. Видимо, совесть у Клаудии все же была. Так как кошель оказался туго набит серебром. Мне, с моей экономностью, этого хватит надолго. И на дорогу домой, и даже на подарки отцу. Еще и останется немного.

Утрамбовав пожитки, окинула взором свои жалкие покои, и ринулась прочь, не потрудившись даже закрыть дверь. Лишь ключи оставила лежать на столе. Пригодятся для той, что придет на мое место. А я… Я возвращаюсь домой.

Глава 5

Клаудиа почти чувствовала, как эти две дуры за ее спиной переглядываются. Определенно, фрейлины обсуждали ее поведение. И, скорее всего, уже завтра пойдут слухи, что Ее Величество выгнала горничную.

Слухи — это конечно, плохо. Но королева чувствовала, что так будет лучше. Не для Леи, а для нее самой. Потому и позаботилась, чтобы девчонка спокойно добралась домой.

«Я забуду о ней, как о дурном сне!» — подумала она, когда впереди появились двери, ведущие в королевские покои.

— Ваше Величество! — выбежал вперед одна из фрейлин. Клаудиа остановилась, глядя на девушку, присевшую в реверансе.

— Что еще? — спросила чуть грубо.

— Время, Ваше Величество! — напомнила та с мягкой улыбкой. Королева опустила взгляд на тонкие золотые часы, украшавшие запястье, и мысленно выругалась. С этой Леей она напрочь забыла о времени. А ведь скоро ужин, а она еще не переоделась и не готова! Конечно, можно было спуститься вниз в том платье, что сейчас надето не ней, но что скажут придворные, ее супруг и старуха королева? Это же кошмар и позор, нарушение всех правил приличия приходить к ужину в наряде, в котором провела весь день.

— Что же вы мне раньше не сказали, куры безмозглые! — сорвалась Клаудиа и ринулась к покоям, но внутри ее ждал сюрприз в виде господина лекаря и старухи вдовствующей королевы.

— О! — она застыла на пороге, округлив глупо рот. Вот не ожидала, что королева Мария придет без предупреждения, да еще и зачем-то притащит с собой лекаря!

— Ваше Величество! — запоздало поклонилась Клаудия, выражая почтение перед старухой.

Мария кивнула в ответ и улыбнулась.

— Спешите на ужин, Ваше Величество? — произнесла она. — Не стоит. Поужинаете после в своих покоях. Я уже распорядилась, а Его Величество, ваш супруг, король Грегор, объяснит гостям причину отсутствия. — И снова улыбнулась да так, что королеве стало плохо.

— Вы побледнели, Ваше Величество! — тут же подоспел лекарь. Он подхватил Клаудию под руки и провел к дивану.

— Оставьте нас, — тем временем обратилась к фрейлинам старая королева, и девушки спешно ретировались, прикрыв за собой двери. А Мария перевела сияющий взгляд на лицо Клаудии, которая непонимающе хлопала ресницами, пытаясь понять, чего от нее хотят.

— Приступайте! — взмахнула рукой старая королева и лекарь почтительно поклонился бывшей леди Роттергейн.

— Ваше Величество, позвольте мне осмотреть вас. Пройдемте в спальню, — проговорил мужчина, но Клаудиа лишь сдвинула брови и, уперев руки в бока, посмотрела на бабушку своего супруга.

— Никакой спальни, пока вы не объясните мне, что здесь происходит! — заявила она.

Королева Мария мягко улыбнулась.

— Я думала, что вы сами уже догадались, Ваше Величество! — ответила пожилая дама. — Но, если нет, я объясню. — Она сделала знак лекарю ожидать, а сама скрестила руки на груди и продолжила: — Вы же знаете, Ваше Величество, что в кабинете моего сына есть одно замечательное дерево.