Я поджала губы. Драконице не нравилось то, что говорили о её истинном, но разумом я понимала: здесь скрывается правда.
— Он будет сегодня на балу во дворце? — уточнила я.
— Да, обещал прибыть, — кивнула матушка.
— Хорошо, тогда я отпраздную в академии, если вы не против. Вернусь лишь к полуночи.
Матушка поцеловала меня в лоб, а я присела рядом с Крисом, протянув ему веревочку с деревянной иголкой, на которую малыш с завидным упорством нанизывал колечки. Я улыбнулась племяннику и дала ему следующее колечко, когда почувствовала резкий укол в сердце.
Тяжело задышав, я резко поднялась, но вновь пошатнулась. Отец отреагировал быстрее остальных и подхватил меня на руки.
— Яр, за мастером Айлоком! Живо!
Но слова доносились сквозь пелену.
Драконица потеряла связь с одним из истинных. И теперь металась от боли птицей в клетке, а я чувствовала, как источник начал выходить из-под контроля, поглощая меня и сводя с ума. Больно, как же больно!
— Вейлан, — прошептала я едва слышно, — с ним что-то случилось… пожалуйста… мне нужно к нему…
Отец понял без слов. Придержал меня одной рукой за талию, а второй начал кастовать заклинание и открывать огненный портал. Но резко остановился. Замер, с ужасом глядя вперед.
— Макс, что случилось? — тут же почувствовала неладное мама и обняла меня с другой стороны сильнее.
— Дворца Стенфрида… его больше не существует.
Нет-нет, этого не может быть! Вейлан не мог погибнуть! Только не он!
Данияр вернулся порталом вместе с мастером Айлоком. Переглянувшись с отцом, он тут же попытался открыть портал, но не смог.
— Стенфрид закрыл доступ, — прошептал брат. — Что происходит?
— Видимо, переворот, — нахмурился отец.
Меня замутило. Голова закружилась, ноги подкосились, и я едва не упала, если бы родители не подхватили меня. Рука целителя прикоснулась к моему лбу — и я резко перестала что-то чувствовать. Ох, это слишком сильное ментальное вмешательство, но сейчас оно помогло — я словно сомнамбула выпрямилась, а затем дошла до дивана, опустившись на него. Целитель присел передо мной на корточки, начав сканировать.
— Рика, пожалуйста, главное — сосредоточься на себе. Не думай ни о чем больше. Не позволяй драконице взять верх над твоими эмоциями.
Я подняла на него глаза с вытянутыми зрачками и застывшими в них слезами. Я не чувствовала боли, ничего не чувствовала. Лишь пустоту внутри. Мастер Айлок нахмурился, а затем резко поднялся.
— Ваше высочество, перенесите меня в мой кабинет, я приготовлю успокаивающий чай. Пока я заблокировал её связь с драконицей, но это временная мера. У нас есть не больше часа.
Временная мера… я понимала, чего боятся родители. Почему у них такие испуганные лица. Почему начал плакать Крис даже на руках у Джесселин — он чувствовал общую атмосферу безысходности и страха. Они переживали за моё состояние.
По щекам заструились слезы. Что будет с драконицей, потерявшей истинного? Здесь однозначно — потеря разума. Но мы с Вейланом не связаны, поэтому я могу восстановить баланс, к тому же у меня ведь есть второй истинный…
Но я не хочу. Не хочу лишать себя выбора! А что, если это Камая? Он ведь недоговаривал правду. Что, если он имеет отношение ко всему происходящему и избавился от конкурента?
Что, если Вейлан погиб из-за меня?..
— Рика, — мама взяла меня за руку, заглядывая в глаза, — ты меня слышишь? Мы тебя любим. Ты наша девочка. И ты — человек. И помнишь — еще на четверть хранительница природы! От бабушки. Ты сильная. Ты справишься!
— Мне жаль, — прошептала я, уже осознавая, что не справлюсь.
Отец скрылся в портале. Джесселин укачивала Кристиана и смотрела на меня обеспокоенно, словно желая также утешить и меня, но ребенка успокоить было легче, чем драконицу, потерявшую истинного.
Вскоре вернулся Данияр с мастером Айлоком. Мне в руки тут же попала глиняная кружка, наполненная ароматным чаем. Матушка буквально вливала в меня жидкость по чайной ложечке, а я смотрела лишь вперед, на елку, мигающую всеми огнями радуги — она была так зачарована.
А как зачарована я? Любовь — это тоже чары?
— Я попробую связаться с нашими людьми из Стенфрида и узнать обстановку, — произнес Яр, но его слова доносились словно сквозь толщу льда. — Пожалуйста, позаботьтесь о Рике.
— Девочка моя, ты справишься, — как мантру повторяла мама.
Справлюсь. А если нет? Связь с драконицей — самое важное для меня. Мы — единое целое. И пусть я её считала предательницей последние полторы недели, но её чувства для меня так же важны, как и мои собственные. И если до этого я сопротивлялась ей, настаивая, что мы любим только Вейлана, то теперь она страдала вместе со мной.