Вот и он, Михаэль Гейн — писаный и опасный красавец, глава одного из древних, могущественных родов, что происходили из изначальных рас этого мира. А еще... главный герой романа, который я читала перед тем, как уснуть в своей комнате и очнуться уже здесь. Имя и точное описание внешности мужчины, который сейчас стоял передо мной, не оставляли сомнений, что так и есть.

И этот мужчина — мой жених. Но если кто-то наивно решит, что, в таком случае, я — главная героиня романа, то сильно ошибется. Ведь по сюжету имя главной героини — Розали, что никак не соответствует Эстелле Мериголд. А еще, на момент основного сюжета, Михаэль... был вдовцом.

Вот и выходит, что я сейчас в теле девушки, которая через три года после свадьбы должна погибнуть. В книге не говорится, как именно умирает жена главного героя, но коротко упоминается, что смерть ее была внезапной и непредсказуемой. Даже имени несчастной не было упомянуто, лишь жалкая строчка в романе — вот и вся информация о первой жене героя. Потому ни о какой болезни, которая и свела ее в могилу, и речи быть не может.

Но не только это меня сейчас пугало до чертиков. Читая роман, я не придавала этому большое значение, однако, сейчас все совсем иначе, и я начинаю много осознавать: по роману Гейн женился лишь по договоренности, потому жену не любил, а учитывая его характер и презрительное отношение к людям, то буквально терпел. Терпел ровно до того момента, как встретил Розали — в которую влюбился до одержимости... будучи еще женатым. Узнав об этом, честная девушка отказала Гейну в ухаживаниях. А уже через главу, выясняется, что Михаэль резко стал вдовцом.

По тексту нигде не сказано, что он собственноручно избавился от благоверной ради новой пассии. Но! И не опровергалось. А некоторые намеки в диалогах и поведении главного героя, говорили в пользу этой версии.

Читая историю про одержимого любовью главного героя в романе со взрослым рейтингом, я как-то закрывала глаза на элементы триллера и явные психические отклонения в поведении Михаэля. Уже то, что он похитил и насильно удерживал героиню, которая продолжала упрямиться, не назвать здоровыми и равными отношениями. Но мне казалось... прикольным. Все же я жанр под настроение выбирала, не ожидая розовых соплей. Хотелось погрубее, да погорячее.

Но это тогда. Сейчас же... Да ну нафиг такое счастье! В гробу я видала таких героев!

— Ваша Светлость... — с трепетом проронила мать Эстеллы. В ее взгляде промелькнул страх.

— Я бы хотел побеседовать со своей невестой наедине, — спокойно и коротко попросил Михаэль, холодно посмотрев на будущего тестя. «Отец», что держал меня, напрягся и сглотнул под взглядом молодого человека, который годился ему в сыновья.

Ага, то есть, не у меня одной от этого социопата мурашки по телу! И при этом в головах родственничков даже тени сомнения не возникло отказаться от брака единственной дочери?

Что и подтвердилось, когда герцог Мериголд посмотрел в мои умоляющие глаза, наполненные страхом... но покорно отступил, подтолкнув меня в спину к будущему убий... супругу.

— Да, как скажете, — согласился мужчина, не взирая на тревогу своей жены, в которой, видимо, все же сохранилась привязанность к дочери. Но и она не вступилась за меня, смиренно опустив голову под выразительным взглядом мужа, после чего вышла из комнаты в компании служанки. Последним выходил отец. Поравнявшись со мной, он тихо произнес: — Если сорвешь этот брак, считай, что ты мне не дочь, — предупредил он, после чего, даже не оглянувшись, вышел прочь, оставив меня наедине с потенциальным маньяком, который смотрел на меня холодно и безразлично. Даже немного брезгливо.

Впрочем, примерно так же он смотрел и на моего отца. Учитывая, что Мериголд также имеют титул герцогов, происходящее сбивало с толку. Ни о каком уважении со стороны Михаэля и речи не было, и это раболепие главы семейства Мериголд — еще страннее. Что могло стать причиной необходимости этого брака Эстеллы с таким, как Гейн, еще и под угрозой отречения от дома?

Мне-то, конечно, плевать на его угрозы, он и так мне не отец, но за настоящую Эстеллу обидно.

Но сейчас есть нечто важнее — то, что я осталась одна с этим психом, а Михаэль еще слышал, что я не хочу выходить за него. А вдруг обидится и решит убить прямо сейчас?

Пока я обливалась седьмым потом, представляя все методы возможного расчленения моей тушки, молчание затягивалось.

— Леди Эстелла, — обратились ко мне, отчего я едва не подпрыгнула и выпрямилась, как солдатик, точно палку проглотила.

— А? Да? — занервничала я, испуганно выпучив глаза. Даже в безразличных и холодных глазах герцога отразилось недоумение.