Прожив до 342 лоа, уже не думал встретить свою избранную. Среди всей той грязи и черноты, что была в душе у каждой ,кто хотел меня к себе в «семью», не было и крохи любви ко мне. Все женщины стремились заполучить меня лишь для статуса и обогащения. И все это начало происходить после смерти моей матери. Я и Изабелла были поздними и желанными детьми. Мама меня родила, когда ей было 1100 лоа, а Изабелла так и вообще в 1300, после продолжительной болезни мама, а за ней и оба наших отца ушли, когда мне было 250 лоа, а Изабелла по нашим меркам считалась еще совсем юной девушкой.

Наши родители были истинными и очень любили друг друга. Мама не захотела больше никого принимать в семью, кроме двух своих истинных, что уже были у нее. Мы росли в счастливой и дружной семье. Смотря на родителей, на их бережное отношение друг к другу, уважение и любовь, я хотел только такой семьи и надеялся встретить свою истинную, которая окажется такой же доброй и отзывчивой как моя мама.

После смерти родных вся забота о любимой сестренке свалилась мне на плечи, а также наследные земли, что никогда не использовались. Найдя на них столь ценный дар не магических земель обеспечил на всю жизнь свою сестру и себя, при этом став завидным женихом.

Встретив на озере незнакомку, которая, как я подумал, чуть не утонула, побежал ее спасать, а в итоге «спас» свою истинную, свою нимфу. Вначале, правда, из-за обилия брачных браслетов на руке подумал, что встретил очередную коллекционершу мужей, но после того как мы вышли из озера, я увидел ее ауру и почувствовал доброту ее сердца.

По приходу домой получилось немного неловкая ситуация. Изабелла, решив мне помочь отвадить очередных охотниц, притворялась моей возлюбленной, что очень рада моему приходу. Стоял с Изабеллой, повисшей на моей шее и чувствовал волну злости и ревности направленные на сестренку.

Был очень удивлен, когда моя жена отказалась от отдельной комнаты и предпочла мою как общую спальню. Вспоминая своих родителей, точно помню, что у мамы была своя комната, да и у отцов тоже. А это что-то новенькое.

Отправив жену купаться и удостоверившись, что она сможет сама помыться, пошел с Эриком за сменной одеждой и показал побратиму, где он может освежиться с дороги, а сам быстро обмылся в соседней с моей комнатой и стал дожидаться Изабеллу с одеждой для Беллы. Надо же даже имена у дорогих моему сердцу женщин созвучны Белла-Изабелла.

Стук в дверь отвлек меня от размышлений. Открыл дверь и увидел мнущуюся на пороге Изабеллу с одеждой в ее руках.

-Извини, что задержалась. Я зашла в одну из гостевых комнат, но там не нашла Анабель, вот решила зайти к тебе.

-Правильно сделала. Анабель с Эриком решили остаться в моей комнате.

Надо было видеть реакцию Изабеллы, наверное такая же как и у меня, когда мне жена сказала об общей спальне.

-И что вы все будете спать в оной кровати? – спросила и сама смутилась сестра. – Ой, прости, это не мое дело! Вот – она протянула мне ворох одежды - я здесь отобрала несколько платьев и белье, надеюсь что Анабель подойдет. Изабелла уже развернулась и почти ушла, но вдруг остановилась, развернулась и спросила меня: -Аластар, ты счастлив?

-Да! Я безумно счастлив! – без раздумий ответил я. – Не зря я столько ждал мою Бель!

Изабелла задумалась, махнула головой и ушла к себе. Через минут десять в комнату вошел освежившийся Эрик в легких светлых штанах и в растегнутой рубашке. Мы сидели на кровати и тихо беседовали о будущем, открылась дверь ванной комнаты и из нее вышла наша жена, посвежевшая и обмотанная в одно полотенце. С ее волос тонкой струйкой стекала вода, я проследил взглядом за каплей, которая вот уже стекла по ключице в развилку между грудей и почувствовал как натянулись мои брюки от возбуждения. Посмотрев на Эрика, тот тоже сидел с палаткой в штанах. -И это моя женщина, моя Анабель! – восхищался в безмолвии я.

Анабель.

Я стояла и смотрела на таких разных, но дорогих мне (не)людей и не могла отвести свой взгляд. Распахнутая рубашка на Эрике, что привлекла мое внимание, под которой были видны перекатывающие мышцы, его крылья за спиной заметно трепыхали от напряжения, а орган в штанах явно был рад мне, так же как и у Аластара, у которого тьма в глазах словно поглощала меня всю, без остатка.