— Но вы же детишек-огришек привезли, значит, не опасно? — опять интересуется Балтийский. И ведь зрит в корень, умник! На Щучье привезли малышню, сбор клана потом опишут в Хрониках, это новейшая история огр мира. И опять же, где еще огрики научатся ходить на грибную охоту, ловить сверчков, разговаривать с летучими мышами и петь на луну?

Ната хмыкает: «Ну я сейчас тебя испугаю до самого масинуса доведу, держись».

— А чего огряткам бояться, они шустро на сосны забираются — вон посмотрите, да и правда висят огрята, как яблочки на сосенках, в Машу и медведя играются.

— И зачем огряткам на сосны?

— Чудище появится из портала, озеро выйдет из берегов и будет огрунами — большая огр-волна, вот все на соснах и висят.

Лука Стопятьдесятый с Пако Непризнанным молчат и внимают, смотрят на Нату с обожанием и глазищами зырк-зырк, ну не зря простецы иностранцев раньше немцами называли, еще б они были глухие и слепые! Ведь ходят, бродят и всё выспрашивают, вынюхивают! А Ната хмурая, настроение принеприятное у нее — не приехали ее родные на сбор, она очень хотела папаню-подводника с маманей увидеть, с прошлого самайна ведь не виделись, но папаня в походе, а маманя его ждет, такая жаль.

Целую гору булдыжек из лягушачьих лапок нажарили огрицы, блинов и пышек с лягушачьим кваком драконью кучу напекли, борща со сладкими сверчками наварили, бочку соснового кваса выкатили, кучу вяленых стрекозок выставили и позвали всех к столу — пора! А тут…

Не было такого никогда, и вот опять.

Глава 20

Круэлла

Грянул гром. Веселое солнышко, только что весело светившее с голубого неба на полянку, скрылось за мрачной тёмной тучей, сразу стало жутко-прижутко и страшно-пристрашно. Повисла оглушительная тишина. К Щучьему озеру подъехало магавто, огромный лимузин с опознавательными пятью звездами и фигуркой лилии на капоте. Оглушительно стукнула дверца авто. Климовские замерли, огрятки зажмурились и спрятались за встревоженных мамок-огриц, огры нахмурились. На всеобщее осмотрение предстала Клавдия, дочь Ивановны, она держала под мышкой маленькую собачонку, которая дрожала и оглушительно лаяла. Клавка Круэлла тоже получила приглашение на сбор. Ну не отключили оповещение ей. Наказали, изгнали, а вычеркнуть из клана не вычеркнули. Хоть и чертовка-болтунья, но всё-таки своя, климовская. Но не простили. А уж что с собой сама Клавка соорудила…

— Круэлла… Круэлла приехала, — послышалось со всех сторон.

Энжи, который весело щелкал орехи на плече у любимой Наты, съехал ей на коленки, закрыл глазки и прошептал тихонько:

— Я боюсь, Ната, она меня съест! Пусть лучше суховей! Спрячь меня!

Ната спрятала пушистика на своей широкой груди и сжала кулаки, она была очень сердита, как, впрочем, и все климовские.

Лексеич, как глава клана, махнул рукой, и мгновенно смолк огр-ропот.

— Зачем ты приехала, Клавдия? Тебя никто не звал.

— Я Круэлла! Запомните уже! Извещение о сборе получают все, вы не знали? Что мама, ты мне не рада? — Клавдия-Круэлла захлопала ресничками накладными, уставилась нагло на родительницу.

Ивановна посмотрела скептически на свою дочь Клавдию и покачала головой, достижения пластической огр-хирургии ее не радовали, огромные уши, тонкая талия и упругое что-то там… Где в этой метелке забугорской ее девочка, где ее кровиночка? Кто эта ушастая белорусская овчарка?

— Мама, я скучала, я так хотела тебя видеть, я хочу домой, я не могла не приехать, — не унималась, защебетала жалостливо блудная дочь. Но что-то как-то не жаль дуреху, она б еще губехи вареники сделала, и чистый слонопатам!

Ивановна хмыкнула… Скучала она. Это между операциями, видимо? Так скучала, что носа не казала много лет и зим?

— Опять шпионишь и высматриваешь, Клавка! Думаешь, я не вижу тебя насквозь? Вижу!

Клавдия-Круэлла скривилась и попятилась, выдавила из себя театрально:

— Ты мне не мать, ты мне ехидна!

Ну прям актрисулька больших и малых театров! Но на ехидну милая старушка Ивановна рассвирепела, никто никогда не видел ее такой злой. Ивановна твердой рукой схватила дочурку за ее роскошные модные сексуальные уши и хорошенько встряхнула красотку:

— Я тебя породила, я тебе сейчас твои лопухи то поотрываю! И не помогут тебе твои чухонцы!

Круэлла-Клавдия громко заверещала: «Спасите, помогите! Я буду жаловаться в Лигу огров! Мои уши стоят больше, чем вся ваша деревня, они застрахованые!»

Подруженции огрицы принялись успокаивать Ивановну, но не тут-то было, в нее прям огрийский бес вселился! Наконец Лексеич громко цыкнул, заставил всех замолчать и махнул Ивановне, чтоб она уши-то отпустила и вообще…

— Раз приехала сама, будешь жить по нашим правилам или проваливай обратно в свою Забугорию.

Круэлла-Клавдия довольно встрепенулась, окинула собравшихся торжествующим взглядом и зацокала каблучищами, она таки добилась своего… Огромный розовый чемодан, украшенный лилией, подпрыгивая на поворотах, с грохотом покатился следом за ней.